Автор
В стенах галереи панели деревянной обшивки создают мутное мерцание света. Виктор шел по залу, словно пробираясь через сон, его лицо холодно блестит от той силы, что в нем живет. Но после прикосновения к стене, удивление исчезло, и он замер, словно статую в полной неподвижности....
Впрочем, меня это мало коснулось: врачей вечно не хватает. А вот подруги офисных специальностей нахлебались полной ложкой…
— Если Дуня согласна, то и я не возражаю, — сказала я. Петр просиял, и я добавила: — Но, смотри, обидишь ее или опять запьешь — сама тебя прогоню, а ее оставлю.
— Не запью, Настасья Пална, вот перед Господом клянусь. — Он прижал руку к груди, потом к губам и лбу. — Она, проклятущая, один раз меня чуть до смерти не довела, хватит.
— Ни капли, Петя, иначе нечисть снова за тебя возьмется.
— Понял, Настасья Пална. Спасибо вам за доброту вашу. — Он поклонился. — По осени свадьбу сыграем, если дело сладится.
Я вернулась в кухню. Дуня, которая возилась у печи, глянула на меня и тут же отвернулась. Я помедлила, не зная, как здесь принято. Должно ли сватовство быть сюрпризом для невесты?
— Не томи, касаточка, — сказала Марья. — Про сватов Петька спрашивал?
Значит, можно говорить.
— Разрешила я. Как вернемся, вместе в сундуках посмотрим, что Дуне в приданое дать.
— Да что вы, Настасья Пална, я и так до конца жизни Господа за вас молить…
Девушка осеклась, когда в дверь вошел Виктор. Поклонилась барину, тот кивнул.
— Доброе утро, Настя, — улыбнулся он мне. — Не помешаю?
Несмотря на ранний час, он был чисто выбрит, а когда муж склонился к моей руке, я ощутила аромат парфюма и почувствовала себя золушкой в домашнем платье и с убранными под чепец волосами.
— Пойдемте завтракать. Когда мы выезжаем?
— Как только вы будете готовы и ваши вещи перенесут в повозку.
А Дуня поедет в открытой коляске. Не закоченеет ли?
— Я сейчас принесу завтрак в гостиную."
"Виктор, поняв, что я хочу поговорить с прислугой без него, исчез.
— Марья, дай Дуняше что-нибудь потеплее, чтобы в коляске не замерзла.
— Не волнуйтесь, Настасья Пална, я привычная. Коли озябну, соскочу с телеги да пробегусь, вот и согреюсь.
— Не волнуйся, касаточка, — согласилась с ней Марья. — Яйца я печься поставила, кипяток тоже есть, и фляжек у твоего батюшки предостаточно. Песок нагрела и мешки приготовила, не дадим замерзнуть ни тебе, ни Дуняше. Иди к мужу, завтракайте спокойно.
23
Вроде бы и ерунда — тридцать верст до уездного города, чуть больше тридцати двух километров по нашим меркам. Но Виктор сразу предупредил, чтобы меньше чем на четыре часа пути я и не рассчитывала.
