Автор
В стенах галереи панели деревянной обшивки создают мутное мерцание света. Виктор шел по залу, словно пробираясь через сон, его лицо холодно блестит от той силы, что в нем живет. Но после прикосновения к стене, удивление исчезло, и он замер, словно статую в полной неподвижности....
— Что у вас за мания забираться на высокие неустойчивые поверхности? — проворчал он.
Вынул из кармана роскошного шелкового халата платок, обтер лицо. Рукав задрался, открыв закатанный край белоснежной сорочки, и я невольно сглотнула, глядя, как играют мышцы на предплечье. Зажмурилась до боли в глазах — будто девчонка, случайно перепутавшая двери и влетевшая в мужскую раздевалку.
— Наверное, хочется побыть высокопоставленной особой, — неловко отшутилась я.
— Будьте ею сколько вашей душеньке угодно, но зачем каждый раз на меня что-то ронять?
— В прошлый раз на вас упала я, а не что-то! — возмутилась я, обрадовавшись, что он не заметил моей реакции.
Виктор рассмеялся.
— Прошу прощения, я имел в виду ведро. Вы упали не на меня, а мне в руки. — Его голос стал низким, бархатным. — И я совершенно не против повторить.
Прежде чем я успела начать спорить — ему в руки упала, размечтался тоже! — муж потянулся и легко, будто статуэтку, подхватил меня.
— Вообще-то я пришел позвать вас обедать. — В голосе мужа прорезались хриплые нотки. Помедлив, Виктор отступил. — Пойдемте, без нас не начнут подавать, и все остынет. Хотя нет, погодите.
Он снова достал носовой платок, протер мне лицо.
— Вот так лучше.
— Не уверена, — хмыкнула я, стряхивая пыль с живота. Перевела взгляд на Виктора.
— Да и вы на кого похожи!
На темно-зеленом узорчатом халате пыль была куда заметней, чем на моем светлом домашнем платье.
Виктор посмотрел на свой рукав, нахмурился.
— Раздевайтесь немедленно! — скомандовала я, соображая, в каком из сундуков может лежать щетка. Ладно, если что — мокрой рукой тоже неплохо собирается.
— Звучит соблазнительно, но нас ждут, — мурлыкнул Виктор.
— Что? — не сразу поняла я, а когда сообразила, кровь бросилась мне в лицо. — Ах вы! Размечтались!
— Барыня, я… — Дуня пискнула, когда мы разом развернулись к двери.
— Стой! — воскликнула я, и одновременно Виктор рыкнул:
— Вон! И скажи там, что обед задержится!
Дуня исчезла. Виктор шагнул к двери и накинул крючок. Развернулся таким стремительным хищным движением, что я отступила.
Нога запуталась в складках ткани на полу, я пошатнулась. Взмахнула руками, уронив с сундука стул, и свалилась бы следом, но муж уже оказался рядом. Его ладонь подхватила меня под лопатки, не давая упасть.
