Настя вздохнула, уже чувствуя утреннюю сумятищу вокруг собственного шале. Андрей говорил о важной работе, которую мог выполнить кого-то из близких друзей или подчинённых. Я была слишком встревожена приближающимися деньгами, чтобы уделять больше внимания его словам. Внезапно обещанная путёвка в Анапу превратилась в неотложный вопрос, который требовал быстрых решений и осознания....
Усмехнувшись сквозь слезы, я с трудом подтянула к себе правую руку, надкусывая запястье.
Черные, почти погасшие глаза, внезапно вспыхнули - и Кирилл яростно прошипел: -Не смей... Слышишь, не смей, Настя.
- Вот как всё повернулась, - заглядывая в любимые глаза, наслаждаясь каждой секундой, каждым мгновением пребывания с ним, я тянула... оттягивая ритуал.
-Ты должна жить, - хрипел Баев. - Не смей...
И я не сдержалась - заплакала... Заплакала навзрыд, не желая прощаться. Это было нечестно, было слишком рано, слишком внезапно, но.
-Ты хороший Альфа, и ты нужен стае, - прошептала я, размазывая свою кровь по потрескавшимся губам Кирилла, сама целуя его в прострелянное легкое - именно оттуда было больше всего крови.
Дотронуться до Кирилла в последний раз. Запомнить. Унести с собой.
Ритуал был коротким.
Пара древних строчек - и вот уже раны Кирилла затягиваются на моих глазах... а я постепенно таю, уже не плача - улыбаясь.
-НАСТЯ!!!! - ревел Кирилл, пытаясь задержать, пытаясь удержать меня в этом мире, в этом теле.
Я видела, как смиряется с потерей зверь Кирилла - растерянный большой волк не понимал, почему больше нигде не пахнет его парой... растерянный, взволнованный, он жалобно поскуливал, оплакивая потерю. Кирилл не сойдет с ума - это я уже точно знала, а значит в стая продолжить существовать. Мои племянники, Андрей, его жена... сын Леши - сильный малыш с недетским взглядом.
Кирилл между тем бушевал - не волк, не его зверь: бесновался собственно сам человек, круша всё в своем бессилии чем-то помочь.
У него уже появились силы, чтобы что - то крушить.
Хорошо....
-Всё будет хорошо, улыбнулась я внезапно пересохшими губами.
-Настя, Настя, - то ли шептал, то ли кричал Кирилл.
Но мне было уже не до него... Я шла в сопровождении погибших войнов в сторону мерцающего тумана.
Воскресенье
Мы шли недолго, по стелящемуся белому туману в сторону грани... там, где все наши родичи отдыхали от трудов земных... Воины шли молча, каждый думая о своем... Кто - то до сих пор упрямо держал автомат, кто - то растерянно смотрел по сторонам, всё ещё не понимая... Или не желая понимать. Но ни один из них не испытывал чувства печали - все горе, вся боль остались там, в мире живых... Здесь же было только одно спокойствие.
