Насморк так никуда и не ушел.
В комнату влетела метла, бросила к моим ногам съестное и улетела обратно.
Наклоняюсь, чтоб подцепить когтями подарки. Лапы дрожат от волнения. Небольшой пряник, запечённый окорок, твердое молоко. Сказка! Она существует! Она здесь, прямо сейчас, творится в моем скромном логове! Твердого молока не бывает нигде кроме как в легендах, но я уже держу его в когтях!
Плюхнулся на ковер и заулыбался. Отираю лапой слезинки, что встают на глазах. Снежный дед! Ты существуешь! Не зря я в тебя верил и ждал.
Знакомый скрип, сердце ухнуло в пятки. Залитый светом проем возник вместо каменной кладки, там, где его быть никак не должно. Снежный дед смотрит на меня так, будто бы все обо мне знает с самого детства, и на душе так легко. В глазах его мелькают искры веселья, они будто бы обещают, что все будет хорошо и жизнь сложится счастливо.
— Здра… — начинаю я и чихаю огнем. Дед исчезает, дымится старое кресло. Неужели он сюда больше никогда не придет?
Глава 38. Настя
Вчетвером подглядываем за доктором, чупокабр и тот сопит внизу у двери. Вот уж не думала, что этот интеллигентный с виду мужчина такой рисковый. Да уж. Впрочем, ещё неизвестно, что опасней, дракон или авторитетный вор. Как по мне, дракон лучше. Сожрет, так хоть без изысков.
— Анджей, тебе там удобно? Может мне чуть сдвинуться, — шепчет Анна бастарду.
— Очень удобно, не беспокойся, дорогая, — мне кажется, он рискует заработать косоглазие. Правый глаз смотрит в узкую дверную щёлочку, а левый в скромный вырез женского платья.
— Настен, я тебя не сильно прижал? — провалился сильнее к боку бастарда Сашка, а думает, наверняка, что меня обнимает.
— Нет, все отлично, — подползла я снизу и устроила свой подбородок чуть левее, на затылке Несчастья. Если что, бежать будем вместе. Заодно определимся куда — спасать доктора или спасаться самим. Честь конечно хорошее слово, но ведь риск — удел смелых. Все мы взрослые люди. Доктор сам захотел полечить дракона.
— Шерстку не помни.
— Не помну.
— Шипик серёжкой не поцарапай.
— Цыц!
— Могла бы и дом попросить, чтоб окошечко здесь приделал для особо привилегированной публики. Для нас с тобой то есть.
— Если что — успеем удрать?
— Предполагаешь, что доктором он не наестся?"
"— Как знать. Лично я себе больше нравлюсь живой.
— Не хочешь становиться умертвием? Ай-ай! Это же так модно!
— Что модно?!
— Иметь бледный вид, большие глаза, заостренные скулы, не жрать ничего, вечно искать свою душу, работать как под заклятием черного колдуна с утра до ночи и ночью тоже. Одежду носить оверсайз с намеком фасона на старый саван.
— Ну уж нет, я не такая.