В снежных холмах и ледяных горах, дрожа от мороза, героиня забытого мира стремительно катится по шоссе. Вот она, незаметная ночь трансформации, когда серебристые стекла возвращают сны домой и надежды на чудо.
Дракон держался близ трона, общаясь с седым господином, который на глазах застыл как статуя.
А в следующий момент за спиной Эвана возникла неясная тень. Ее призрачная рука взлетела вверх, в ней сверкнула вполне осязаемая холодная сталь.
- Эван! – Крик срывается с губ еще до того, как успеваю понять.
Нас разделяли сотни метров – расстояние было громадное, но усиленное замком эхо прокатилось по залу с оглушительным воем.
Любимый услышал.
В серебряных глазах сверкнуло пламя. Он развернулся и до того, как тень успела нанести в спину удар – перехватил призрачную руку и сжал с такой силой, что тень завопила.
С неё посыпались обрывки невидимости – и у князя в тисках возникла
Берта. А самое страшное – у нее были разные по цвету глаза: левый глаз черный и правый – голубой. Меня накрыло позднее осознание – глаза ведьмы меняются, когда она творит черное колдовство.
- Убей его, - зарычал Дорман под боком. – Убей.
Берта зашипела и дернулась с желанием вырваться, но князь не позволил. В зале жутко похолодало.
- Сестра!
Дорман толкнул меня прочь и кинулся к невозмутимому правителю с перекошенным от гнева лицом, но сделал всего несколько широких шагов –
Его Светлость взмахнул рукой, и бывшего городского главу окутал туман.
Когда он рассеялся – на паркете вместо Дормана образовалось нагромождение глыб изо льда.
- Эван, - покачиваясь от напряжения, я выронила вложенный в руку кинжал и шагнула к любимому.
- Виолетта, - произнес Его Светлость, еще минуту назад пугавший бесстрастной маской на красивом лице и ледяным, безучастным взглядом.
Облик князя переменился. Мертвенная бледность ушла. Цвет кожи приобрел естественный оттенок; с бровей, ресниц и волос исчез снежный налет. В глазах дракона блеснула искра жизни.
- Ты исцелился? – Едва ворочая языком, я поняла, что вот-вот упаду.
- Благодаря тебе, моя Единственная.
Эван за секунду сократил меж нами расстояние, стиснул за талию и крепко прижал к себе.
- Проклятие пало?
- Да, - глухо рыча, он зарылся лицом в мою растрепанную прическу. –
Дар той, что наложила на меня заклятие – передался Берте по наследству. С
ее смертью оно разрушилось.
- Навсегда? – Шепнула, не веря, что все усилия были не зря. Я вырвала любимого из оков черных чар. Сберегла Дубор.
