В снежных холмах и ледяных горах, дрожа от мороза, героиня забытого мира стремительно катится по шоссе. Вот она, незаметная ночь трансформации, когда серебристые стекла возвращают сны домой и надежды на чудо.
Я посильнее прикрыла ноги полами пальто, после чего повозка покатилась к главным воротам.
День обещал быть морозным, но ясным. Воздух, густой и тягучий, серебрился и обжигал колючим холодом. Темные снежные тучи клубились только над замком дракона, что возвышался на обломке скалы вдалеке.
Даже отсюда я видела, как снег там валит стеной, над величественными светлыми башнями воет ветер, а дневной свет меркнет от наползающих от фундамента ночных теней.
Повозка круто свернула по тракту, созерцания владений дракона прервал хриплый крик Волдер:
- Приближаемся к первому поселению! Называется Заячья Гряда.
Тряхнув головой, с удивлением обнаружила вокруг незнакомый пейзаж. Слева тянулся горный массив, неподалеку от тракта бурлили болотные топи, окутанные зловонным зеленоватым туманом. И всюду тянулись бескрайние заснеженные поля.
Так крепко задумалась, не заметив, как пролетела большая часть пути.
Не встречая других повозок, мы подъехали к самому восточному поселению княжества.
- Заячья Гряда? – Переспросила в шуме ветра, с интересом рассматривая однотипные бревенчатые домики, рассыпанные среди сугробов.
Я впервые уехала от поместья и Дубора настолько далеко.
Справа – виднелось замерзшее озеро, рядом острым шпилем вверх поднималась водонапорная башня. Вдоль леса чернел обрывок крепостной стены. Много веков назад тут стоял военный форт, но со временем от него не осталось даже построек, кроме маленького участка сложенного из серого камня.
- Да, - ответил Волдер. – В Гряде проживает пятнадцать семей! И двое одиноких: лекарь и старушка-гадалка.
В этот момент заснеженная дорога забрала в крутой поворот, отчего поселение ощутимо приблизилось. Крестьянские домики разрослись вширь и ввысь, а заодно появилась небольшая площадь, пара торговых лавок, запертых на замок, и заброшенная детская площадка.
Дворецкий, ловко управляясь с груженым транспортом, свернул к селению и через пять минут остановил повозку на расчищенном от снега клочке обочины – аккурат у забитой досками бесхозной таверны.
Едва я выбралась из повозки, опираясь на руку старика, из ближайших домов показался народ. Мужчины и женщины настороженно оглядывали внезапных гостей, кто-то, побаиваясь, держался за калиткой; другие, распахнув ворота, неуверенно шагали навстречу.
- Добрый день, - я улыбнулась, - помните меня? Я Летта Рейнар."
"Приезжала к вам не так давно. И вот вернулась с обещанной помощью.
Мои слова мало подействовали на измученных холодом и голодом местных жителей.
