В далеком и загадочном месте юго-западной Ирана, где время выглядит совсем по-другому — глядишь и к 704 году до Р.Х., Макс Гончаров не понимает ни своих местонахождения, ни причин своего присутствия. Как будто бы его тело перенесло сюда в каком-то невиданном путешествии. Здесь он оказывается среди людей и событий, которые заставляют задуматься о смысле жизни и месте каждого из нас на свете....
— Так нельзя, так никто никогда не делал. Возьмите выкуп, но не отменяйте законы, установленные богами, — брызгая слюной, орали ростовщики.
— Какой именно бог сказал, что нужно за долги разлучать семьи, продавая их в неволю?
— Ты, ты… Вы захватчики, а ваш бог просто огонь, мы им свои задницы в холода согреваем. Мы не признаем его! — от воплей ростовщиков сотрясались стены шатра.
Макс поднял руку и указал по очереди на крикунов.
— Этого, этого и этого. Вывести и убить. А вы, почтенные, укажете их дома. Их семьям тоже предстоит узнать, каково это, стать вещью.
Разумеется, после этого беседа прошла в конструктивном направлении, к полному удовлетворению высоких договаривающихся сторон. Ближе к вечеру из города потянулись повозки испуганных горожан, не принявших новые порядки.
Глава двадцать седьмая,
где Макс заставляет персов струсить
Месяцем ранее.
На возвышение взошёл глашатай, который зачитал список преступлений подсудимого и решение повелителя- казнь через запекание в медном быке. Толпа заревела от восторга. Люди стояли на площади и облепили крыши всех окрестных домов.
Само орудие казни представляло из себя медную трубу на опорах, с откидной крышкой, задняя часть которой была заварена. Передний конец украшала великолепно сделанная голова быка с огромными рогами. Вся конструкция была отполирована и блестела на солнце, слепя глаза. Голова быка была чуть запрокинута вверх, как будто тот собирался издать рев.
