В июле 1135 года, когда мир разделился на два отдельных царства, Рэндалл испытывал невообразимую тревогу. Уставившись в распахнутые двери просторного холла, он извивался от напряжения, каждый звук сна из-за них заставлял его сердце ёкать, словно железная цепь. Тем не менее, даже жара июня не могла охладить его нерешительность и страх....
Рэндалл подскочил на ноги, стремительно пересек разделяющее их пространство и обвил руками ее талию, крепко прижимая к себе. Аврора плакала навзрыд. Она чувствовала, как напротив ее груди бешено колотится его сердце, вдыхала до боли знакомый запах и с жадностью вглядывалась в прозрачно-серые глаза, не в силах поверить в реальность происходящего.
Она обхватила обеими руками его лицо.
– Рэй, неужели это ты? Ты вернулся? Ты вернулся ко мне…
– Душа моя, – с жаром прошептал Рэндалл, прижимаясь губами к ее ладони.
По его щекам стекали слезы.
Аврора не могла вымолвить ни слова; она гладила его осунувшееся, покрытое жесткой щетиной лицо, проводила пальцами по отросшим прядям, касалась трясущимися пальцами потрескавшихся губ. Он очень похудел и утратил былой лоск, но это был он.
Ее Рэндалл.
– Где ты был все это время? Почему не возвращался? – Аврора приподнялась на носочки, чтобы поскорее ощутить его вкус на своих губах. Чтобы удостовериться, что он настоящий. – Я так скучала по тебе. Мне без тебя было так плохо…
Она лихорадочно покрывала поцелуями его скулы, подбородок, щеки.
– Я не могу вернуться к тебе, – с горечью прошептал он. – Я не знаю как…
Аврора замерла. Она немного отстранилась и заглянула в серые глаза, полные слез.
– Умоляю, душа моя, приди ко мне. Хотя бы во сне. Я так одинок…
У нее перехватило дыхание, когда вместо теплых рук, сжимающих ее талию, она почувствовала леденящий холод. Рэндалл начал растворяться на ее глазах, превращаясь в прозрачную дымку.
– Приди ко мне. – Его шепот обратился ветром, что всколыхнул ее волосы и задул пламя в камине.
– Нет, нет, нет, – закричала она в пустоту. – Пожалуйста, не исчезай!
– Приди ко мне, – у самого уха раздался полный тоски и боли голос, и Аврора вскочила от испуга.
Она сидела на полу, прислонившись спиной к дивану, а рядом валялся старый этюдник с рисунками. В комнате было светло и жарко от огня в камине.
Это был всего лишь сон. Но почему тогда она до сих пор ощущает запах ягод и травы? Почему в ушах звучит его голос?
Граничащее с безумием отчаяние вырвалось из плена ее души и затопило разум.
– Вернись ко мне или оставь навсегда, – с надрывом в голосе закричала она. – Хватит меня мучить, прошу. Я так больше не могу. Оставь меня в покое!
Слезы, застилавшие глаза, душили ее. Боль обжигала сердце сродни ударам хлыста. Она озиралась по сторонам в поисках поддержки, защиты, но находилась в комнате совершенно одна.
