Нуренаджи ухмыльнулся, стараясь не пропустить мгновения, когда король гортанным окриком пошлет вперед великолепного вороного жеребца.
* * *Где уж эти молокососам травить старого Вепря! И Нуренаджи еще сопляк, хоть едва не загнал своего пегого!
Нуртор Черная Скала, правитель Силурана, лежал на дне оврага, пачкая дорогой наряд грязью и палыми листьями. Сверху его прикрывали свисающие корни деревьев, с которых смыли почву осенние дожди.
Черный конь спокойно лежал на боку рядом с королем, рука хозяина успокаивающе похлопывала умное животное по шее. Нуртор знал, что вечерние тени, падая с обрыва, укрывают коня надежнее плаща-невидимки.
Сверху доносились встревоженные, раздосадованные голоса. Кричите, бегайте! Вам до утра бегать придется. А ваш король потихоньку вернется в Джангаш, ему здесь все тайные тропы известны с детства. Вы прискачете под утро, голодные, злые, мокрые от росы… а государь уже третий сон будет досматривать!
А можно и забавнее сделать. Вы прискачете под утро — и узнаете, что государь так и не возвратился с прогулки. Караул! Тревога! Весь дворец на уши становится!.. И тут заявляется король, весьма довольный жизнью, потому что ночь провел не среди коряг и колючих кустов, а под одеялом из невероятно длинных рыжих волос…
При этой сладкой мысли рука, гладящая конскую гриву, дрогнула. Конь, почуяв волнение хозяина, мотнул головой и попытался встать. Король рассеянно прижал морду жеребца к земле, продолжая думать о дивной рыжей реке, струящейся по постели.
За Гиблой пропастью, за Волчьим долом стоит на холме ветряная мельница. Мельник год назад разлетелся золой с костра, но молодая хозяйка не спешит снова замуж — а зачем ей? С жерновами да мешками управляются рабы, а постель и так холодной не останется. Бабенка — что намазанная медом булочка… а уж косы-то, косы!..
— Сейчас эти дурни уйдут, — шепнул король в подрагивающее черное ухо, — а мы с тобой, Злодей, — к красотке мельничихе. Ты ведь знаешь туда дорогу — а, зверюга с копытами?..
* * *Закатные лучи скользили по каменной круче — и не достигали дна, откуда черной тенью уже выползала ночь. Но вороной спокойно и уверенно шагал по дороге меж отвесной скалой и краем пропасти. Он и впрямь знал дорогу на мельницу не хуже, чем низкорослые крестьянские лошадки, которым приходилось таскать туда телеги с зерном.
Неожиданно за поворотом всадник увидел высокую статную женщину, словно поджидавшую кого-то у скалы.
Рот Нуртора расплылся в широкой ухмылке, которую не могла скрыть борода.
— Эй, солнышко рыжее! Что далеко от дома забрела? Садись позади меня — подвезу до мельницы!
Женщина не ответила, глядя снизу вверх в лицо Вепрю бесстрашным загадочным взором и мягко улыбаясь.