В темном углу родного города царит тьма и мрак. Летний дождь не прекращается, словно подчеркивая безысходность и одиночество главной героини. Вдали виднеется только серый будничный седан — знак того, что она движется к своей судьбе, при этом сама почти не замечает это.
Они не возвращались довольно долго, минут сорок точно. Дайрос занялся чисткой меча. Эти простые механические движения всегда успокаивали. А сейчас ему как раз нужно прийти к внутреннему равновесию, пусть он и понимал, что злость неоправданна и непонятна даже ему самому."
"Он услышал шелест листвы, и в свете костра появилась Лекс. Взъерошенная, с еще влажными волосами, собранными в косу. Щеки раскраснелись, а губы казались припухшими. Глаза ее метали молнии. Она нервными движениями поправляла на себе платье.
– Быстро же вы договорились о плате, – хмыкнул Дайрос, ощущая разочарование.
Лекс вспыхнула, отвернулась и ушла прочь с поляны к лошадям, так ничего и не сказав. А следом появился и Аркарион с ее сумкой. Тоже взъерошенный и какой-то задумчивый.
– Я сделал Лекс предложение, – заявил он с рассеянной улыбкой на губах.
Миска с похлебкой выпала из руки Дайроса, настолько ошеломили его слова друга.
– Что ты сделал?!
Глава 12
/Хранительница/
С трудом удалось вырваться из вязкого омута сна. Казалось, веки налились свинцовой тяжестью, а тело сковали путы.
Отбросив одеяло, привстала на полусогнутые колени.
– Она опять за свое, – раздался за моей спиной голос Аркариона.
Взглянув назад из-за плеча, я встретилась с насмешливым взглядом янтарных глаз. Аркарион оперся плечом на ствол дерева, скрестив руки на груди. А Дайрос встрепенулся и развернулся ко мне лицом. Черные глаза прожгли холодом.
Я не знала, что ждет дальше, ведь уже дважды потопталась на самолюбии мужчин. Но агрессии не было, наоборот, Аркарион общался мягко, легко. Передал мне вещи и отправил умываться перед перевязкой. Я ожидала допроса, разговора, угроз. Наверное, все произойдет, но позже. Ибо и они понимали, что мне нужна передышка.
