Автор
Шанель готовится к важному событию, но ее уверенность рушится, когда Джадд подрывает все планы. Три месяца отпуска изменили мир Шанеле, открывая новые двери и вызывая непредвиденные чувства. Каждый день кажется мрачнее предыдущего, пока неясный гость не заставляет ее задуматься о настоящем значении своего сердца....
— Но теперь…
О чем она думала, когда осталась сидеть рядом с ним? Чтобы исправить оплошность, Шанель вскочила, но было уже поздно. Рука Фалона схватила ее поперек талии и легко перетащила к себе, положив поперек бедер. Он даже не стал сдвигаться к краю кровати. Прямо посередине ложа, где они только что дважды соединились, он собирался причинить ей боль.
Шанель отчаянно закричала, пытаясь сопротивляться, когда он перевернул ее, но быстро обнаружила, насколько Фалон опытен в подобных вещах. Гнев оставил ее, уступив место щемящему страху.
"Шанель начала кричать еще до того, как первый шлепок пришелся куда-то в области ягодиц, и совершенно зашлась криком, когда удар обжег ей кожу. Поэтому до нее не сразу дошло, что Фалон больше ее не шлепает, ограничившись одним примером наказаний, которые применяют на Ба-Хар-ане.
Шанель все еще продолжала кричать — слишком сильным был испуг. Но теперь она сидела на коленях у Фалона, который крепко обнимал ее и, как расстроенному ребенку, нашептывал ей слова утешения.
Шанель именно так себя и чувствовала. Куда девалась ее храбрость — та, что послала через космическое пространство в неизвестность, та, что заставила, не думая о последствиях, свалить на пол Фалона, та, наконец, что привела к разделению секса, когда Шанель была уверена, что это не принесет ей ничего, кроме боли? Если бы ее мать могла видеть все эти театральные сцены, она сгорела бы со стыда. Именно это чувство владело сейчас Шанель. С другой стороны, из-за того, что Фалон остановился, неважно по какой причине, она была ему очень благодарна, и чтобы показать это, она прижалась к нему, спрятав лицо у него на груди.
Прошло время, прежде чем Шанель успокоилась. Фалон приподнял ее голову и осторожно вытер слезы на щеках. И когда Шанель наконец набралась смелости и открыла глаза, на ее лице отражались только чувства огорчения и покорности.
— Ты плохо переносишь наказание, керима. — В голосе Фалона слышалось недовольство.
— Ты закончил?
— Кажется, да, — вздохнув, проговорил он.
— В следующий раз я буду послушное, — заверила его Шанель, хотя сама очень сомневалась в этом.
— Лучше постарайся, чтобы следующего раза не было, — строго сказал Фалон.
Звезды, разве она не понимает этого! Шанель попыталась вновь спрятать лицо на его груди, но Фалон отстранил ее. К несчастью, тема еще не была исчерпана.
— Твой брат говорил мне, что есть другой способ, которым воины наказывают своих женщин.
