Автор
Шанель готовится к важному событию, но ее уверенность рушится, когда Джадд подрывает все планы. Три месяца отпуска изменили мир Шанеле, открывая новые двери и вызывая непредвиденные чувства. Каждый день кажется мрачнее предыдущего, пока неясный гость не заставляет ее задуматься о настоящем значении своего сердца....
Однако я согласен, что оставлять ее здесь неразумно. Поэтому я попрошу моего двоюродного брата Таррена взять ее в свой дом. — Он возьмет?
— Конечно. Он много раз пытался купить ее у меня. Шанель некоторое время молчала.
— Она была единственной, Фалон? — нерешительно спросила Шанель.
Он притворно вздохнул.
— Видимо, придется просить Таррена взять еще нескольких.
Шанель робко улыбнулась.
— Кажется, я могу иногда быть полным ничтожеством. Прости меня.
— Да нет, я не возражаю против твоей ревности.
Она рассмеялась, услышав от него свои собственные слова. Фалон обхватил ее за талию и бросил на гигантскую кровать. Затем он медленно опустился на нее, накрыв собой.
Прежде чем сделать что-либо еще, Фалон оглядел свое тело, а затем посмотрел на подругу жизни.
— Твое, да? Шанель сияла.
— Все мое, и лучше не забывай об этом, воин!
— Корт может сделать тебе генератор для вентиляторов, и не надо будет надеяться на ветер, — заметила Шанель, лежа в постели и глядя на вентилятор у потолка, который еле-еле вращался.
Она повернулась, чтобы посмотреть, слушает ли ее Фалон. Он слушал, при этом заканчивая одеваться. Шанель оставалась обнаженной. Было еще раннее утро, но комната с каждой минутой нагревалась.
— Ты знаешь, как я отношусь к вещам, сделанным посетителями, Шанель.
— Если бы не одна из таких вещей, ты сейчас был бы мертв. А ведь есть и другие, столь же полезные.
Он покачал головой.
— Ты привыкнешь…
— Если выживу.
Не сказав больше ни слова, Фалон схватил ее и понес в ванную, где стояла наполненная водой большая золотая ванна в виде обрубленной бочки. Шанель почувствовала, что он собирается окунуть ее туда, и решила досадить ему, не обращая на это внимания. Фалон окунул ее, и, когда холодная вода сомкнулась над головой, Шанель заорала как сумасшедшая.
— Это грязный трюк, — прошипела она.
Он поднял брови, пытаясь согнать с лица улыбку.
— Разве воздух теперь не стал прохладнее?
— Убирайся к черту!
— Я дал тебе то, что ты хотела, а ты все еще недовольна. В этот восход тебе нельзя ничем угодить.
Шанель засмеялась и повернулась к стенному шкафу.
— Поспеши, женщина, первый завтрак скоро подадут, а ты еще должна встретиться с моей сестрой.
