Автор
Шанель готовится к важному событию, но ее уверенность рушится, когда Джадд подрывает все планы. Три месяца отпуска изменили мир Шанеле, открывая новые двери и вызывая непредвиденные чувства. Каждый день кажется мрачнее предыдущего, пока неясный гость не заставляет ее задуматься о настоящем значении своего сердца....
— Проклятие, что случилось?
— Как она утверждает, по ней прошелся каток, — сухо сказала Марта.
— Так пусть она сама и расскажет! — воскликнула Тедра. — Шани! Ради Звезд, скажи, тебя кто-то избил?
— Нет, просто это так выглядит. — Шанель вздохнула и повела мать к кушеткам без спинок, стоявшим в центре комнаты. — Мама, мужчина был просто великолепен. Увидев его, я уже не могла думать ни о чем. Я почувствовала себя так… так…
— Как будто у нее «внутри все оборвалось», — со смешком добавила Марта.
Нахмурившись, Шанель отключила компьютерную связь.
— С тобой я разберусь позже, — сказала она компьютеру. По ее тону можно было понять, что она обвиняет Марту во всем случившемся. — Если все хорошо, то что же плохо? — спросила Тедра, обращаясь уже к дочери."
"— Все плохо. Но сначала все было хорошо. Он выглядел так прекрасно, хоть и был выше, чем мне нравится. Но это не имеет значения. Важно то, что он вызвал во мне такие чувства, видно, он и сам испытывал то же, поскольку прямо подошел ко мне.
— С Кортом? — недоверчиво переспросила Тедра. — Так речь идет не о воине! — разочарованно воскликнула она.
Шанель опустила глаза.
— Нет, но он почти такой же большой, как папа. И в его поведении больше сходства с воином, чем различий. За исключением одного — он слишком эмоционален. Именно это все испортило. Уже вначале он не очень контролировал свою страсть, но когда мы должны были соединиться, он… он совершенно перестал собой владеть.
— О, моя детка! — Руки Тедры осторожно обняли Шанель. — Ты ведь всегда плохо переносила боль. В детстве ты начинала визжать из-за малейшей ссадины или царапины.
Шанель кисло улыбнулась.
— Лучше бы я получила ссадину или царапину, мама. Я не собиралась падать в обморок, но это была невыносимая боль.
— Так всегда бывает в первый раз, детка. Я знаю, что из-за отца ты сохраняла целомудрие, чтобы вручить своему другу жизни. Но, пожалуй, тебе все-таки стоит пойти в медитекс.
— Теперь это уже ни к чему.
— Да? — вздохнула Тедра. — Ну хорошо, будем считать, что произошел один из самых ужасных случаев потери девственности в истории. Но поскольку мужчина это компенсировал, то…
— Ничего он не компенсировал. Когда я очнулась, мне хотелось сбежать оттуда.
— Подожди.
