Одинокая женщина приезжает в маленький городок на окраине королевства, где её ждут любопытные взгляды горожан и неожиданное внимание самого графа. Между ними вспыхивает опасное притяжение, полное тайн и противоречий. Александре предстоит разобраться в своих чувствах и узнать, готова ли она...
Редклиф сам не понимал, как сумел удержаться и не ударил соперника. Именно соперника. Он ведь не слепой. Видел, как поглядывала на бывшего мужа Александра. Любой бы понял, что этих двоих в прошлом связывали чувства. А может, и продолжают связывать, во всяком случае, голодный взгляд Монта, в котором Редклиф разглядел очень знакомую тоску, говорил именно об этом. Так смотрят только на любимую женщину. Любимую и желанную.
Грасс! Когда Генри сообщил, что в Горленде появился Блэк, Редклифа это не испугало. Он ждал визита главы Тайной канцелярии и внутренне был готов дать отпор не в меру ретивому дознавателю. Но то, что с Руфусом приехал Монт… Вот тут его проняло. Сам не помнил, как припустил к замку. Едва не загнал коня, но успел. А там… Александра играла. Играла безупречно, без капли фальши. Все-таки породу не скроешь. Еще тогда, в Кранчестере, он сразу понял, что женщина, склонившаяся перед ним в реверансе, настоящая леди. Белоснежная кожа, блеск золотистых волос, изящная линия плеч – как же она была хороша! С каким достоинством держалась. И тут не подвела, исполнила свою роль любящей жены до конца. Да так натурально, что даже он на секунду поверил.
Проклятье! С каждым днем Редклиф все больше увязал в неуловимом женском очаровании Александры. Невыносимом, колдовском очаровании. Серые глаза такого удивительно теплого оттенка, что, кажется, будто они могут согреть самое холодное сердце. Улыбка, нежная, чувственная, с налетом тайны. Тонкие брови вразлет, удивительно темные для блондинки, красивой формы. И родинка. Родинка, которая сводила с ума. С самой первой встречи эта крохотная черная точка манила его, ему хотелось коснуться ее губами, разгладить пальцами ту ямочку, что была совсем рядом, ямочку, которая появлялась, когда Александра улыбалась.
Редклиф качнул головой. Это какое-то безумие. Безумие, не идущее ни в какое сравнение с тем, что он чувствовал когда-то к Лиз. Тогда он думал, что влюблен. Привязанность, симпатия, желание порадовать любимую подарком – все это казалось таким правильным. Вот только он не испытывал и сотой доли того, что переполняло душу при одной мысли об Александре.
Как ни пытался бороться, ему хотелось видеть жену, чувствовать, ощущать нежный, с едва уловимой морозной горчинкой аромат ее духов. Или это были не духи?"
"«Видели всё на этом свете мои глаза, но вернулись к вам, белые хризантемы…» – неожиданно всплыли в памяти строки из старого, принадлежащего прадеду, сборника стихов, и он усмехнулся.
