В свадебном платье из чистого шелка и лазурных бриллиантов, выделяясь в гостиной среди множества праздничного обилия, я чувствовала себя необыкновенно странно. Швыркаясь едва заметными искрами магии, платье подчеркивало каждое движение. Но как я тут оказалась без моей собственной магии? Этот вопрос терзал меня всю дорогу к двери главной гостиной Эрилии....
– Пф-ф, тогда чем я могу тебе помочь?
– Уго, миленький, ты ведь знаешь все, что происходит в Горленде, и можешь передать мне их разговор?
Я погладила стену и ощутила под пальцами ответную слабую вибрацию.
– Понимаешь, графу угрожает опасность. И мы должны ему помочь.
– Ладно, подожди немного. Пойду послушаю, о чем они говорят.
Уго замолчал, а я уловила, как за дверью заскребся Пушок. Правда, этого щенку показалось мало, и он принялся тонко подвывать.
– Ну что ты? – открыв дверь, спросила питомца.
Тот мигом просочился внутрь и кинулся ко мне, пытаясь дотянуться и лизнуть в лицо.
– Тихо, малыш.
Я обняла его и заставила успокоиться. А потом снова приложила руку к стене и позвала:
– Уго! Ты где?
– Да здесь я, здесь, – проворчал дух, и что-то в его тоне заставило меня насторожиться.
– Что там?
– Плохо дело, – буркнул Уго. – Графа собираются объявить сумасшедшим.
– Что?
Я растерялась. А потом вспомнила собственные недавние рассуждения и похолодела. Неужели глава Тайной канцелярии сделал похожие выводы?
– Блэк следил за ним и видел хозяина в лесу, когда тот разговаривал с гверхом, – пояснил Уго.
– С кем он пришел? Блэк. Кто его спутники?
Я чувствовала, как горло сжимает холодная рука. Если те двое, что заявились с главой тайной канцелярии, доктора, то дело плохо. В Эрилии каждый знал, что достаточно заключения двух врачей, чтобы человека признали безумным и поместили в лечебницу.
– Те же, что уже были здесь раньше, – ответил дух, и я смогла сделать вдох.
– Хорошо. Я иду вниз.
Я и правда, не задерживаясь, выскочила из спальни, слетела по лестнице и добежала до кабинета. И только перед дверью остановилась на минуту, перевела сбившееся дыхание и вошла в комнату.
Внутри атмосфера накалилась так, что я буквально кожей ощутила сгустившееся напряжение. Редклиф стоял у стола, сложив руки за спиной и высоко вскинув голову – гордый, невозмутимый, и такой красивый, что у меня сердце дрогнуло.
Я перевела взгляд с Блэка на Альберта, а потом с недоумением уставилась на Алана. Этот-то что здесь делает?
– Леди Бенси.
Блэк посмотрел на меня из-под полуопущенных век.
