В свадебном платье из чистого шелка и лазурных бриллиантов, выделяясь в гостиной среди множества праздничного обилия, я чувствовала себя необыкновенно странно. Швыркаясь едва заметными искрами магии, платье подчеркивало каждое движение. Но как я тут оказалась без моей собственной магии? Этот вопрос терзал меня всю дорогу к двери главной гостиной Эрилии....
Платье скользнуло по коже прохладным водопадом и прильнуло к телу, оказавшись впору настолько, словно его на меня шили.
– Вы очень похожи, – тихо сказал муж, и его глаза вспыхнули ярким огнем. – И ты единственная их всех Хризантем, кому оно подошло сразу, без магии.
Редклиф поцеловал мне руку и помог выйти из мобиля.
А дальше был старый алтарь, брачные клятвы, произносимые в тишине часовни, и яркий огонь, вспыхнувший на месте жертвенника в тот момент, когда я сказала «да». И прекрасная белая хризантема, которую муж подарил мне после того, как прозвучали заветные слова.
***С той поездки прошло три дня. И вот наступил долгожданный день первого показа."
"Модный дом блистал огнями. Кареты, коляски и пролетки заняли почти всю улицу, растянувшись до самой площади Гверхони. Гости выходили из них и ручейком тянулись к ступеням особняка. Сегодняшний вечер собрал под его сводами представителей всех состоятельных семейств Уинтшира. Здесь были и мэр с супругой и двумя взрослыми дочками, и госпожа Варсон со своей Дейзи, и сестры Дрейк, владеющие тремя лесопилками, и моя первая клиентка вдова Карсон с подругами.
Я незаметно вздохнула. Не думала, что буду так волноваться. Внутри все скручивалось в узел, но мне нужно было держаться и не показывать эмоции. Все получится. Все обязательно получится.
Люстры парадно сверкали огнями, освещая наполненные людьми залы, блики хрустальных подвесок отражались в многочисленных зеркалах, деревянный подиум поблескивал свежим лаком, а в воздухе ощущался нежный аромат роз.
Гости рассаживались, переговаривались, дамы обмахивались веерами и оглядывались по сторонам, а их спутники рассматривали обстановку и с удовольствием потягивали шампанское. Еще бы! Редклиф распорядился достать из подвалов Горленда прекрасное «Монтифо» двадцатилетней выдержки.
– Волнуешься?
Муж незаметно оказался рядом и обнял меня, прижимая к себе. Смежный с демонстрационным зал я отвела для подготовки к показам, и сейчас стояла у одной из зачарованных магией стеклянных дверей и наблюдала за приглашенными гостями. Мне было видно все, что происходит в зале, тогда как снаружи двери выглядели непрозрачными.
– Поверь, все пройдет идеально, – не давая мне ответить, добавил Редклиф, и в ту же секунду нахмурился.
