Кирилл отказывается от давно запланированной поездки в Дублин, чтобы помочь Насте разобраться в загадочной смерти её бабушки. Вместе они начинают расследование, убедившись, что произошедшее — не несчастный случай, а тщательно спланированное убийство. Поиск истины приведёт их в опасный мир...
– Мое моральное падение беспокоит всю семью, – пробормотал Кирилл. Соня в первый раз посмотрела на него."
"– Не столько ваше падение, сколько Настя. Вы ведь ее… за ней ухаживаете. И пьете. Это плохо. “Ухаживаете”. Так могла сказать только Соня. Кирилл быстро закрыл дверь в кухню. Соня посмотрела на него с удивлением.
– Соня, – сказал он решительно, – мне нужно, чтобы вы поехали со мной в Питер.
– Зачем? – На лице у нее было такое изумление, что Кирилл на мгновение усомнился в успехе своего плана. В конце концов он совсем ничего о ней не знал, но ему нужно было подтвердить подозрения. Подтвердить или опровергнуть.
– Эта история с вашим ожерельем…
– Нет никакой истории, – сказала она, и лицо у нее стало холодным и отчужденным. – Забудьте об ожерелье. Я не желаю, чтобы вы вмешивались.
Она налила молока в маленькую кастрюльку и поставила ее на плиту.
– Соня, я не собираюсь ни во что вмешиваться. Я только хочу, чтобы вы вместе со мной и с Настей поехали к ювелиру.
– Я не поеду.
Это было сказано так, что он понял – она не поедет. Силы воли ей было не занимать.
Кирилл хотел спросить – это вы убили вашу бабушку? Или тот человек, что прячется в соседнем доме?
– Если вы не поедете по своей воле, – сказал он холодно, – мне придется вас связать и отвезти силой. Вряд ли кто-то из ваших родственников сможет мне помешать.
Молоко поднялось, перевалило через край, залило огонь. Кирилл схватил кастрюльку, обжигая пальцы, и переставил ее в раковину.
– Видите, что вы наделали, – проговорила Соня. На глаза у нее навернулись слезы. Тяжелая капля капнула на плиту и зашипела, превращаясь в пар.
– Отойдите, – велел Кирилл и, взяв ее за руку, усадил на стул.
– Нужно вытереть плиту.
– Я вытру.
– Что я теперь подам маме? Молока больше нет.
– Налейте ей минеральной воды. Это тоже очень полезно.
– Она не пьет минеральную воду. Господи, почему я не могу ничего сделать нормально!
Кирилл посочувствовал бы ей, если бы был уверен, что она нуждается в сочувствии.
– Значит, так, – заявил он, решительно соскабливая с плиты коричневую присохшую пленку, – через час я жду вас в машине. Мы поедем в Питер. Вы знаете, где ювелирная контора?
– Знаю, но в Питер мы не поедем.
– Вот что, Соня. – Он бросил тряпку и присел перед ней на корточки. Она поспешно вытерла глаза. – Никакого звонка от ювелира не было. Если вы не хотите ничего проверять, значит, вы сами его и организовали. Это так?
Он смотрел ей в лицо, очень близко.
