В далеком будущем, где время словно стопорится, дама в серой шляпке обречена на вечное пребывание. Настоящая ли это чудо или провал? Пока никто не знает. Но стоит лишь постичь тайну ее существования, и все окончательно развалится. Жизнь каждого теперь зависит от быстроты — ведь смерть приближена.
Когда к даме приезжает кавалер, его принято обсуждать. Он должен всем не нравиться. Это залог успеха.
– Кирилл, на самом деле они вовсе ничего такого не имеют в виду.
– Я не понимаю, почему ты должна еще и оправдываться! – поддала пару Нина Павловна. – Юля, нам надо серьезно поговорить!
– Хорошо, – издалека обреченно согласилась Юлия Витальевна, – давай поговорим. Только не надо Насте действовать на нервы, ей и так трудно со всеми нами.
– Понятия не имею, как нужно жарить мясо на этой идиотской решетке, – пожаловался Сергей, появляясь на лужайке, – по-моему, чем больше я его жарю, тем больше оно сыреет.
– Это противоречит закону сохранения энергии, – сказал Кирилл, не поднимаясь с места. Отсюда ему было все видно и более или менее слышно, и он не хотел уходить, даже ради жареного мяса.
Сергей улыбнулся.
– Вы физик?
– Нет, – сказал Кирилл, насторожившись.
– А закон сохранения откуда?
– Из школы.
– А в какой школе вы учились?
Кирилл учился в 186-й школе города Москвы.
– Я учился в интернате на улице Савушкина, – быстро соврал он.
Там и вправду учился один из его многочисленных братьев, которого в восьмом классе неожиданно признали талантливым, и родители моментально определили его в физматинтернат. Брат без потерь окончил интернат и потом еще высоконаучный и очень сложный институт, и теперь прозябал в подмосковном НИИ в должности старшего научного сотрудника, клял проклятых капиталистов, отнявших у него науку и веру в светлое будущее, на работе бывал с двух до пяти, кропал статейки в авиационные журнальчики – играл сам с собой в гения, обойденного судьбой и задавленного жизненными обстоятельствами.
Кирилл был убежден, что он тунеядец.
– Это ведь специализированная школа, если я не ошибаюсь?
– Да-а! – согласился Кирилл. – Исключительно специализированная. В смысле, для талантливых, а не для даунов.
– Я это и имел в виду, – пробормотал смешавшийся Сергей, – значит, вы все-таки физик?
Очевидно, упорство в достижении цели было у них фамильной чертой, унаследованной от матери.
– Все-таки я не физик, – признался Кирилл, – наше мясо не сгорит?
– Оно даже не жарится! – заявил Сергей с некоторой гордостью, как будто хвастался тем, что не может справиться с мясом. – Наверное, его нужно куда-то сложить и нажечь еще углей. Я иду за миской.
По террасе пролетели чьи-то шаги, и с крыльца скатилась Муся.
– Сереж, где ключи от гаража?
– Не знаю. А что, должен знать?
– Конечно, – Муся подошла поближе и улыбнулась, – ты же брал барбекюшницу.
