Монголы настаивали, что это их земля, Маньчжоу-го предъявляло на этот район свои претензии, и из-за этого часто возникали вооруженные столкновения. Если какой-нибудь монгольский отряд захватит нас на этом берегу, такие разногласия могли бы нас как-то оправдать. Хотя сейчас, когда таял снег, монголы почти не переходили через реку, опасность столкнуться с ними была невелика. Но случись такое на левом берегу Халхин-Гола, это была бы совсем другая история. Уж там точно бродили монгольские патрули. Окажись мы у них в руках – не помогли бы никакие объяснения. Тут уж нарушение границы налицо, и попадись мы – это вызвало бы политические осложнения. Нас могли пристрелить на месте, и никакие протесты бы не помогли. К тому же я не получал от своего командира распоряжений о переходе границы. Предписание выполнять приказы Ямамото я в самом деле имел, но никак не мог решить, распространяется оно на такой серьезный шаг, как нарушение границы, или нет. Во-вторых, как я уже говорил, по Халхин-Голу шел паводок, для переправы течение было слишком сильным, да и вода ледяная. Реку в такое время года не переходили даже кочевники. Они обычно делали это по льду или летом, когда течение становилось спокойнее, а вода – теплее.
Я выложил все это Ямамото, и он пристально посмотрел на меня. Потом покачал головой и заговорил каким-то поучающим тоном:
– Я понимаю: вы волнуетесь, как мы перейдем границу. Это естественно для офицера, под началом которого люди, – помнить о своей ответственности. Вы не хотите подвергать бессмысленной опасности жизни подчиненных. Но позвольте разбираться с этим делом мне. Я за все отвечаю. Всего объяснить вам я не могу – такова ситуация, но уверяю, что это дело одобрено командованием на самом высоком уровне. О переправе не беспокойтесь: есть место – о нем мало кто знает, – где можно перебраться на ту сторону. Монгольские войска соорудили для себя несколько таких переправ. Вы, наверное, тоже об этом слышали. Я уже несколько раз переходил реку в этом месте, например, в прошлом году, в это же самое время. Вам нечего беспокоиться.
Монгольская армия те места действительно знала хорошо и даже в половодье посылала на правый берег Халхин-Гола вооруженные группы, хотя и не так много. Так что места для переправы были, и отряд мог перейти реку – при желании. А уж коли переправлялись монголы, мог переправиться и этот Ямамото, да и нам, наверное, это было по силам."
"Мы оказались у одной такой переправы, построенной, как мы предполагали, монгольской армией. Ее тщательно замаскировали, так что заметить с первого взгляда было трудно.