– Вы не любите Ватая-сан?
– Когда я с ним разговариваю, вокруг как бы возникает вакуум, окружающие предметы лишаются всякой сути, все выглядит пустым и бессодержательным. Почему это происходит? Дать этому вразумительное объяснение не могу, но потому иногда говорю и делаю то, что мне совершенно несвойственно. А после чувствую себя ужасно. Я был бы рад никогда его больше не видеть!
Мальта Кано покачала головой:
– К сожалению, вам еще не раз придется с ним встречаться. Избежать этого невозможно.
«Да, скорее всего она права, – подумал я. – Развязаться с этим типом будет нелегко».
Взяв со стола стакан, я отпил еще глоток воды. Откуда этот гадкий привкус?
– Хочу спросить вас. На чьей вы стороне в этом деле? На его или на моей?
Мальта Кано поставила локти на стол и поднесла к лицу ладони.
– Ни на чьей. В этом деле нет сторон. Их просто не существует, господин Окада. Здесь нет верха и низа, правой и левой стороны, лица и изнанки.
– Настоящий дзэн получается. Как система взглядов представляет интерес, конечно, но мало что объясняет."
"Женщина кивнула и раздвинула сантиметров на пять закрывавшие лицо ладони, держа их чуть под углом и повернув в мою сторону. Ладони у нее были маленькие, красивой формы.
– Я знаю, мои слова не имеют никакого смысла. И вы совершенно правильно сердитесь. Однако даже если я дам вам какие-то наставления, от них в самом деле не будет никакой пользы. Больше того – это принесет вред. Вы сами должны одержать верх, своими силами.
– Получается как у первобытных людей, – проговорил я с улыбкой. – Получил удар – отвечай.
– Совершенно верно, – сказала Мальта Кано. – Именно так.
С этими словами она осторожно, точно забирала вещи, оставшиеся после покойника, взяла сумку и водрузила на голову свою красную клеенчатую шляпу. В ту же минуту меня охватило какое-то неясное, но реально осязаемое чувство, будто в этот миг время закончило свой отсчет.
Мальта Кано распрощалась, и я остался в одиночестве. В голове звенела пустота – я понятия не имел, куда пойду и что буду делать, когда поднимусь из-за столика. Но не вечно же торчать в этом кафе? Просидев минут двадцать, я расплатился за троих и ушел. Эта парочка за себя так и не заплатила.
4. Необретенная благодать
Проститутка в мыслях
Дома я обнаружил в почтовом ящике толстый конверт с письмом от лейтенанта Мамия. На нем знакомым мне каллиграфическим почерком черной тушью были выведены мое имя и адрес. Переодевшись и умывшись, я пошел на кухню. Выпив два стакана воды, перевел дух и распечатал письмо.
В конверте был десяток мелко исписанных авторучкой листков тонкой почтовой бумаги. Я быстро перелистал их и засунул обратно.