Автор
Эпическое произведение Мураками переплетает ужасы Второй мировой войны с судьбой современного японца, погруженного в мир мистических снов и загадочных событий. Через письма, воспоминания и закодированные файлы разворачивается философское исследование памяти, реальности и человеческой природы.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Хроники Заводной Птицы»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Эпическое произведение Мураками переплетает ужасы Второй мировой войны с судьбой современного японца, погруженного в мир мистических снов и загадочных событий. Через письма, воспоминания и закодированные файлы разворачивается философское исследование памяти, реальности и человеческой природы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Эпическое произведение Мураками переплетает ужасы Второй мировой войны с судьбой современного японца, погруженного в мир мистических снов и загадочных событий. Через письма, воспоминания и закодированные файлы разворачивается философское исследование памяти, реальности и человеческой природы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Пробегая по строчкам, я слышал голос Кумико, улавливал его интонации, едва ощутимые оттенки, манеру вставлять паузы между словами. Курсор, остановивший свой бег в самом конце последней строки, продолжал размеренно мигать, точно хотел подстроиться под биение сердца, в затаенном ожидании момента, когда на экране возникнет следующее слово. Но слов больше не было.
Запомнив весь разговор (я решил, что лучше его не распечатывать), я нажал клавишу и вышел из программы удаленной связи. Потом позаботился о том, чтобы не оставить следов в памяти компьютера и, убедившись, что он выполнил мою команду, выключил его. Монитор коротко пискнул и погас, по экрану разлилась мертвенная бледность. Его монотонное механическое жужжание растворилось в тишине, наполнившей комнату подобно тому, как живая яркая мечта тонет в небытии, поглощенная пустотой.
Не знаю, сколько времени прошло после этого. Очнувшись, я обнаружил, что сижу за столом, впившись глазами в свои руки. На них остались отметины от моего долгого прожигающего взгляда.
Чтобы стать ни к чему не годным, побольше времени требуется.
Интересно: сколько же?
24. Как считали овец
В центре замкнутого круга
Спустя несколько дней после первого визита Усикавы я попросил Корицу привозить мне каждый день газеты. Пришло время вступить в контакт с окружающей действительностью. Можно избегать ее сколько угодно, но приходит время, и никуда от нее не скроешься.
Корица согласно кивнул и с тех пор каждое утро привозил в «резиденцию» три газеты.
Я стал просматривать их после завтрака. После долгого перерыва газеты произвели на меня странное впечатление – безразличные и пустые. Запах типографской краски действовал на нервы, от него болела голова, мелкие черные иероглифы сбивались в кучу и враждебно косились на меня. Верстка, шрифты заголовков, сам тон газетных материалов казались мне абсолютно запредельными. Я откладывал газету, закрывал глаза и вздыхал. Раньше со мной такого не было. Должно быть, тогда я смотрел на газеты по-другому, проще. Что в них так изменилось? Нет, газеты здесь ни при чем. Изменился я сам."
"Из газет я узнал одну вещь, имевшую отношение к Нобору Ватая: его положение в обществе становилось все прочнее. В палате представителей за ним закрепилась репутация растущего и многообещающего депутата, он занимался политикой без устали, одновременно вел колонку в журнале, излагая свои мысли и взгляды, постоянно что-то комментировал на телевидении. Я все время натыкался на его имя и никак не мог понять, почему люди слушают его, да еще с таким увлечением.
