В темном лазарете Госпиталя Святой Виталины, где больные приходят на смерть, Лори пытается справиться со страхом, цепляющимся за нее как хлыст. Её глаза напряжённо бегают по лицам пациентов, каждый из которых дрожит и мечется от боли, но она — здесь, в тени, должна быть сильной. Тьма в её взгляде говорит о том, что она уже не просто целительница, а надежда на выздоровление для всех вокруг....
Выходит, они давно знакомы и всё это время Лизетта шпионила на моего жениха. И, судя по поникшему, тоскливому взгляду, надеялась однажды занять моё место.
– Вы пожалеете об этом, светлейшая! – на породистом лице маркиза заходили желваки, а почтительное обращение к жрицам высшего звена он выплюнул как оскорбление.
– Я никогда ни о чём не жалею, – насмешливо фыркнула Ванда, крутанув ключи на указательном пальце.
В этот же момент с другого конца коридора донёсся оглушительный грохот и женский визг.
– А-а-а-а-а!
Из кладовой выскочила Лизетта.
Лицо, волосы и халат жрицы были залиты зелёной жижей, напоминающей раствор для мытья инструментов.
На вопли тут же примчались полковник и командир Лейри.
– Мисс Тьери! – голос Ванды дрожал от праведного гнева, а губы кривила мстительная, змеиная ухмылка. – Вы хуже стихийного бедствия!
Настоятельница скользнула к кладовой, а мы дружно последовали за ней.
– Я не виновата! – запричитала Лизетта.
Аппарат был сломан. Гретта предупредила меня ещё утром и поставила рядом с ним табличку. Ванда должна была вызвать мастера, но, похоже, нашла устройству другое применение.
– Вы уволены, мисс Тьери! – торжественно объявила настоятельница, оценив царящий в кладовой бедлам.
Видимо, испугавшись потока раствора, Лизетта случайно перевернула столик с использованными инструментами и разбила дорогущий стерилизующий кристалл.
– Стоимость испорченного имущества я вычту из жалования вашей матери."
"На провинившуюся девушку настоятельница не смотрела, только на Брана. Словно подчёркивая, кому и за что мстит на самом деле.
«Крыс» Ванда ненавидела. В нашем госпитале часто лечились высокопоставленные военные, поэтому жрицы, выносившие информацию о пациентах за пределы госпиталя, вылетали с работы со скоростью арбалетной стрелы.
Не удивительно, что целительница закусила удила и показательно вышвырнула Лизетту на глазах у нанимателя.
– Но… но… госпожа настоятельница…
Ванда не слушала. Стряхнув с рукава халата несуществующую пылинку, она повернулась к полковнику:
– Леди Лисавэр уже переговорила с сиром Балтимером, теперь он полностью в вашем распоряжении.
– Благодарю, светлейшая, – коротко ответил Эрнандес.
