В темном лазарете Госпиталя Святой Виталины, где больные приходят на смерть, Лори пытается справиться со страхом, цепляющимся за нее как хлыст. Её глаза напряжённо бегают по лицам пациентов, каждый из которых дрожит и мечется от боли, но она — здесь, в тени, должна быть сильной. Тьма в её взгляде говорит о том, что она уже не просто целительница, а надежда на выздоровление для всех вокруг....
Ночная встреча и свидание в спальне. Моя паника и глупая попытка спрятать Владыку под кровать, чтобы матушка ничего не заметила. Чаепитие из зачарованного сервиза, танец в темноте, свидание в императорском саду и каждый поцелуй.
Мгновенья, проведённые на берегу Сапфирового океана, и короткая встреча перед отъездом Аргвара на Совет…
Воспоминания сменялись одно за другим, но… мой дракон по-прежнему оставался в боевой ипостаси, и с каждым мгновением его взгляд становился всё отстранённее и холоднее. Наши татуировки только начали наполняться отголосками памяти и этого катастрофически не хватало, чтобы пробиться сквозь отзвуки битвы и вызволить человеческую ипостась из плена звериной.
Последнее воспоминание погасло, растекаясь по чешуе дракона искрящейся дымкой, и крылья обожгло болью и тоской. Но вместе с горечью пришла и ещё одна идея!
Собрав остатки сил, я призвала хрустальную магию, расправляя крылья и вновь обнимая ими своего дракона. Как тогда, в лазарете.
– Вспомни, умоляю, – прошептала, уткнувшись лбом в твёрдую как камень чешую.
По щекам горячими ручьями лились слёзы, а сердце звенело вместе с крыльями, будто и впрямь было соткано из хрусталя.
Фэйри любят лишь раз и, потеряв любимого, умирают.
Старые легенды вновь воскресали, ложась на плечи могильным саваном. Но отчего-то вместо страха я испытала лишь облегчение. Впервые так ясно и открыто призналась себе, что не вижу жизни без своего истинного.
Готова ли я уйти вслед за ним?
Да! Без раздумий и сомнений!
Смогу ли отдать жизнь за него?
Да! И знаю, что это взаимно.
– Рр-а-ар-р-р! – тихое рычание пробилось сквозь горький туман, а крыльев бережно коснулась огненная магия. До боли родная и узнаваемая.
– Аргвар?! – прошептала, боясь разрушить наше хрупкое единение.
– Рр-а-ар-р-р! – уже чётче и громче, и вокруг нас стеной вспыхнуло чёрное пламя, переплетаясь с моей хрустальной магией и тёмной Искрой.
А со стороны океана вновь послышался тихий смех и… женское пение?
– Пой, фэйри, пой… – нежный, чарующий голос проскользнул в мысли шелестом вороновых крыльев и отголосками осенних гроз.
Чужая магия, древняя и штормовая коснулась крыльев, направляя нашу с Аргваром Силу и помогая инициировать их.
– Вы…
– Альена, Первая грозовая ведьма Ярванны и избранница Хозяина океана, – рассмеялась невидимая гостья, – я помогу вам в благодарность за избавление от давнего врага.
Последняя фраза эхом отозвалась в мыслях, порождая вереницу новых вопросов, но через миг все они растворились в искрящемся мареве.
