В темном лазарете Госпиталя Святой Виталины, где больные приходят на смерть, Лори пытается справиться со страхом, цепляющимся за нее как хлыст. Её глаза напряжённо бегают по лицам пациентов, каждый из которых дрожит и мечется от боли, но она — здесь, в тени, должна быть сильной. Тьма в её взгляде говорит о том, что она уже не просто целительница, а надежда на выздоровление для всех вокруг....
Ой…
– Светлейшего утра, – поздоровалась, – матушка, отец!
– Доброе утро, милая. – В изумрудных глазах Родриго плясали смешинки. Он не злился.
Зато Селеста напоминала разъярённую кошку. Губы плотно сжаты, брови нахмурены, а веер как хвост пляшет в руках…
– Алория Марианна Каталина Лисавэр! – прошипела матушка. – Мы с твоим отцом неприятно удивлены случившимся!
Сидящий за её спиной Родриго подмигнул мне. Похоже, он всё узнал у полковника и новости его нисколько не шокировали. Наоборот. Он гордился, что я поступила как велел долг, а не пошла на поводу у тщеславия.
– Боюсь, вы даже не представляете, как я была поражена! – заручившись молчаливой поддержкой отца, пошла в наступление.
– О чём ты? – нахмурился Родриго.
– О скандале, который устроил сир Балтимер. То, что он откупился от последствий, не умаляет его вины.
– Алория! – В глазах матушки плеснулся ужас. Она не ожидала такого.
По правде говоря, я и сама не знала, что так умею. Но вчерашний день многое изменил, будто стёр незримые оковы, сдерживавшие меня все эти годы.
– Бран ворвался в госпиталь, требовал, чтобы я бросила больного во время перевязки и вышла к нему, – выпалила на одном дыхании, – и это я молчу о том, что он подкупил одну из жриц и заставил следить за мной!
Матушка охнула и обессиленно рухнула на диванчик. Разговор принимал дурной оборот, но молчать я не могла! Внутри кипели ярость и обида, а проклятый браслет жёг кисть калёным железом. Но едва я подумывала о том, чтобы снять его, тело сковывала невыносимая слабость.
Не стоит спешить… Мы же помолвлены с самого детства…
Мысли казались чужими, я отчаянно гнала их, но они возвращались, оплетая липкой паутиной сомнений.
– Алория? – встревоженный голос отца вернул меня в реальность. – Я хочу услышать подобности. Немедленно!
– Я тоже послушаю! – Селеста нервно взмахнула веером. – Вчера я разговаривала по кристаллу с матушкой Брана. Тереза в ужасе от случившегося, но… её версия отличается от твоей. Сильно.
– Тем интереснее будет их сравнить, – холодно ответил Родриго.
Руку пронзила острая боль, сломанная застёжка впилась в кожу, не позволяя сосредоточиться. Сомнения обрушились на меня с новой силой. Несколько секунд я даже вымолвить ничего не могла, стояла как кукла и хлопала глазами.
– Лори? – голос отца прозвучал непривычно хрипло.
Отчего-то вспомнился Владыка и его штормовые глаза.
– На браслете сломалась застёжка, – ответила словно в трансе, – командир Лейри случайно повредил её.
