В темном лазарете Госпиталя Святой Виталины, где больные приходят на смерть, Лори пытается справиться со страхом, цепляющимся за нее как хлыст. Её глаза напряжённо бегают по лицам пациентов, каждый из которых дрожит и мечется от боли, но она — здесь, в тени, должна быть сильной. Тьма в её взгляде говорит о том, что она уже не просто целительница, а надежда на выздоровление для всех вокруг....
Голова больше не кружилась, разве что оставалась небольшая слабость. Но это мелочи. Я боялась, что откат после использования магии крыльев скажется намного тяжелее.
– Бран вёл себя ужасно, я исполняла свой долг и не заслужила такого обращения. Да, он извинился, но мне не нужны пустые слова. Если он не переосмыслит своего поведения, мне придётся разорвать помолвку.
В гостиной повисла звенящая тишина. Секунды казались вечностью, я буквально сжалась в комочек, ожидая начала грандиозного скандала.
Мы с Браном помолвлены со дня моего рождения.
Я всегда знала, что мы поженимся, по-другому и быть не могло! Но меньше чем за сутки мой мир перевернулся с ног на голову. Я запуталась в собственных чувствах и желаниях. Боялась подвести семью, но и ставить крест на своём будущем не собиралась. Мне нужно время, чтобы обдумать ситуацию и во всём разобраться.
Первым пришёл в себя отец.
– Император будет в ярости, – мрачно констатировал Родриго.
– Но… Алория, я хочу, чтобы ты знала, – он подошёл ближе и взял меня за руку, – мы с мамой примем любое твоё решение.
На глаза навернулись слёзы. Я боялась, что родители не станут меня и слушать.
– Я дам тебе время.
Отец бросил на Селесту предупреждающий взгляд. На удивление, она промолчала.
Родриго прошептал короткое заклинание, призывая простенький серебряный браслет. Но едва он надел его на мою руку, украшение начало стремительно меняться, превращаясь в копию помолвочного амулета.
– Это браслет-метаморф, – пояснил отец, – он может принимать форму любого украшения. Пока не примешь окончательного решения, носи его, чтобы избежать скандала. О возможном разрыве помолвки пока ни слова!
Он вновь перевёл взгляд на матушку.
– Тебя это тоже касается.
– Хорошо.
В голубых глазах Селесты плескались обида и осуждение.
Тереза была её близкой подругой. Они росли вместе и мечтали, что их дети окажутся истинной парой. Матушка буквально помешалась на идее выдать меня за Брана и часто повторяла, что во всём мире не найти лучшего жениха.
– Настоящий браслет я сдам в починку, с Браном поговорю лично, – в изумрудных глазах полыхали искры, а голос не предвещал ничего хорошего.
– Отец…
– Тебе пора на работу, а мне на службу, – Родриго бросил беглый взгляд на часы, – позже продолжим.
ГЛАВА 8: Тайна для двоих
Из особняка я вышмыгнула как заправский ассасин. Рысью домчала до кареты, закрыла шторы и приказала кучеру гнать во весь опор.
