В темном лазарете Госпиталя Святой Виталины, где больные приходят на смерть, Лори пытается справиться со страхом, цепляющимся за нее как хлыст. Её глаза напряжённо бегают по лицам пациентов, каждый из которых дрожит и мечется от боли, но она — здесь, в тени, должна быть сильной. Тьма в её взгляде говорит о том, что она уже не просто целительница, а надежда на выздоровление для всех вокруг....
Словно хотела посмотреть, как далеко я могу зайти, давая отпор.
– Но свадьба уже на следующей неделе!
Вокруг сгущались эмпатические сети, я чувствовала их крыльями. Леди Балтимер пристально следила за каждым всплеском моих эмоций.
– Помню, – спокойно ответила.
При разговоре с эмпатами главное ни о чём не думать, отвечать короткими фразами и не ввязываться в спор. Правила казались до безумия лёгкими, но на практике всё было не просто. Меня подначивало подумать о чём не следует или нагрубить Терезе. Удерживали лишь мысли о переводе в штаб.
– Милая Лори, – Тереза подошла ближе, – знаю, ты обижена на Брана…
– Нисколько, – намеренно соврала, давая почувствовать мою злость, пусть думает, что я просто набиваю себе цену, а не хочу разорвать помолвку на самом деле. – Была рада видеть вас, леди Балтимер, но боюсь, вынуждена откланяться. Я очень устала и хочу спать. Надеюсь, вы простите мне столь поспешное исчезновение.
Поклонившись, я собрала волю в кулак и медленно подняла взгляд на Терезу. На холёном личике магессы застыла нежная, располагающая улыбка, а взгляд светился искренним беспокойством.
Даже наряд леди Балтимер выбрала соответствующий. Традиционное вэрселийское кимоно в пол. Непривычный для столицы наряд из нежно-персикового шёлка притягивал взгляд, его хотелось рассматривать, отвлекаясь на бесконечные детали: изящные украшения, золотые узоры, ручейками растекающиеся по длинным, широким рукавам…
– Да-да.
– И вам, – улыбнулась, поймав настороженный взгляд отца.
Его присутствие приободряло и внушало веру, что я всё делаю правильно. В противном случае он бы уже вступил в игру.
Секунда… две… и меня наконец отпустили. Золотая кобра заскользила к выходу, шурша многослойными шелками и оставляя после себя нежный тонкий аромат цветущей вишни.
Я до сих пор чувствовала на руке отпечатки её прикосновений, их хотелось тщательно смыть.
Выждав несколько секунд, пожелала родителям доброй ночи и направилась к себе. Не спеша, подчёркивая, что не боюсь леди Балтимер и скрывать мне нечего. Я всё ещё невеста её сына. Пока это правда, об остальном ей знать не обязательно.
Шаг, ещё один… Цокот моих каблучков потонул в ворсе ковра, а из прихожей до сих пор доносилось щебетание Терезы.
