В темном лазарете Госпиталя Святой Виталины, где больные приходят на смерть, Лори пытается справиться со страхом, цепляющимся за нее как хлыст. Её глаза напряжённо бегают по лицам пациентов, каждый из которых дрожит и мечется от боли, но она — здесь, в тени, должна быть сильной. Тьма в её взгляде говорит о том, что она уже не просто целительница, а надежда на выздоровление для всех вокруг....
– Может, стоит закрыть окно?
– А… да! – кивнула, крыльями ощутив негодование Владыки.
Странно.
Прежде чем направиться к балкону, ещё раз взглянула на тюль. Из-за паники и усталости до меня не сразу дошло, что колебания выглядели неестественно.
Случайно ткань так не заденешь, а поддувать заклинаниями дракон бы не стал. Да и настораживало, что матушка вообще не замечала пляску балдахина. Неужели это те самые фантомные знаки, о которых говорил Нери?
Хм…
Аромат роз в кабинете тоже был слишком ярким и сразу привлёк моё внимание.
– Вы сообщаете, где спрятался дракон? – мысленно спросила у крыльев.
Между лопатками снова зачесалось.
– Я услышала вас, – продолжила, воодушевлённая ответом.
На этот раз крылья промолчали. Но когда я закрыла окно и обернулась, тюль больше не дрожал.
– Милая, я понимаю, это тяжело слышать, – вздохнула матушка, едва я подошла ближе, – но ты должна кое-что узнать.
По комнате ядовитой дымкой разлилась злость и еле сдерживаемая ярость: дракон моментально понял, о чём пойдёт речь. А я не знала в какой угол забиться, чтобы не слышать этих откровений.
– Хватит, пожалуйста, – устало попросила, – не хочу…
– Нет! – Матушка жестом приказала сесть напротив. – Ты должна это услышать. Возможно, тогда будешь осторожнее и умнее.
Я с тоской посмотрела на рабочий магограф.
Надеюсь, Селеста не доведёт Владыку. Очень не хотелось, чтобы посреди её рассказа Аргвар сбросил иллюзию и присоединился к дискуссии.
– Это дело замяли, император лично пресёк все разговоры, – в аквамариновых глазах вспыхнул праведный гнев, – но…
– Но Тереза по доброте душевной на всякий случай успела выяснить подробности и по-дружески поделилась ими, – ядовито процедила я.
В кресло я так и не села, замерла напротив матушки, с вызовом скрестив руки на груди и всем своим видом демонстрируя негативное отношение к разговору.
– Лори! Как ты можешь! – возмутилась Селеста. – Это не сплетни. Случай действительно имел место быть. Я подняла старые газеты…
Ещё лучше. Большей достоверностью, чем пресса, обладали только перешёптывания почтенных матрон, обсуждающих молоденьких магесс.
