Автор
В книге "Худшие подруги" читатели погружаются в мир двоих лучезарных друзей, которые кажутся идеальными до тех пор, пока не начинается их настоящий конфликт. Увлекательный сюжет и кромешная атмосфера скрывают ядовитую правду, заставляющую героев выбирать между дружбой и самим собой....
Вроде еще есть время до зимы, но ледяной ветер и пасмурное небо забирают последнюю надежду на ласковые прощальные объятия теплого солнышка.
Мама потягивает через трубочку из нержавеющей стали латте на банановом молоке, глядя в телефон. Папа в скоростном режиме доедает овсяную кашу, то и дело поднимая руку с часами на уровень глаз. Он – единственный в нашей семье, кто постоянно куда-то торопится. Вот и хорошо, иначе бы его любимые девушки вечно везде опаздывали.
– Ретроградный Меркурий в Деве… – бормочет мама.
– И что это значит? – интересуюсь я, услышав свой знак Зодиака, и закидываю в рот пару жареных грецких орехов."
"– Сейчас посмотрим. Может, астрология подскажет, что происходит с моей дочерью, раз она сама не может этого сделать?
– Мам! – недовольно качаю головой. – Со мной ничего не случилось. И ты не веришь в астрологию.
– А ты снова худеешь, – кивает она на мою тарелку, где лежат огурец и горстка орехов на свежем салатном листе.
– Клетчатка и полезные жиры. Здоровый завтрак.
– У твоего отца завтрак, а у тебя… – и тычет в тарелку пальцем, – еда для птичек.
– Нет, у меня мама психологический экзекутор. Интересно, чем они питаются?
– Тася! – вмешивается папа, а мы с мамой дружно хихикаем.
Мы всегда так общаемся, она играет роль строгой и жесткой родительницы, а я вредного саркастичного подростка. А может, мы и не играем. Иногда бывает и такое, что наши отношения никак не портит. Чувство юмора у меня мамино. Она понимает и чувствует меня с полуслова.
– Все, выезжаем, – строго говорит отец, поднимаясь со стула, и с грохотом, означающим, что его приказ не обсуждается, ставит тарелку в раковину.
Радуюсь его пунктуальности как никогда: сейчас она помогает мне в очередной раз соскочить с беседы о моем неестественном поведении. Потом… Лучше уж потом…
Шагаем с Глебом к крыльцу школы.
– А где Аля? Заболела? – спрашивает Глеб, тоже заметив отсутствие Макаровой на привычном месте.
Открываю рот, но ответить получается не сразу. Спроси меня месяц назад что угодно о Макаровой, я могла ответить не задумываясь, поскольку знала все. Где она. Когда придет. С какой прической, в каком наряде и с каким настроением.
