Та машина, где находилась бабушка, не двигалась.
Я схватила руку мужчины, на лице которого сейчас не было ни одной эмоции, и успокоила нас:
– Все ведь будет хорошо, да?
– Да, будет, – ледяным тоном ответил Макаров. Отмечая, что я теряюсь, не понимая его поведение, Сергей выдавил улыбку и попросил: – Будь всегда собой. И не переживай, я поеду следом."
"– Да, – кивнула, обняла его и поспешила к серебристой машине. Не передать, как меня одолевали смешанные чувства. Они бурлили во мне, не давая покоя. Надо же… я встретилась с бабушкой.
Глава 19
Спустя две неделиСидела в кресле рядом с бабушкой, наблюдая за тем, как она задумчиво смотрела на танцующие от ветра деревья, теребя ткань пледа, которым укрыла ее.
– Вы грустите, – проговорила, не желая, чтобы она расстраивалась. Бабушка совсем себя не щадила, целыми днями работала, и лишь со мной отдыхала. Порой мы просто молча сидели, часто вспоминали или просто разговаривали. Мне было с ней легко, несмотря на то, что она сложный человек. Лидия Михайловна не требовала, не заставляла, но я видела, что ей действительно интересно со мной, хорошо и спокойно.
А иногда она улыбалась, даже смеялась, махая рукой, хрипло спрашивая, где я раньше была. Такое отношение заставляло биться часто мое сердце.
– Мне жаль потраченного времени. Мне жаль, что мой сын… превратился в чудовище. Я хотела как лучше, понимая, что не могу соревноваться, дать ему того, что он заслуживает, да и… была не в состоянии в то время бороться с богатой семьей Антоновых. Когда спустя годы я вернулась, мой сын не признал меня, отказался, считая пылью, нищей, недостойной.
После… когда многого добилась, он пришел с дочерью, заявив, что привел будущую преемницу, что хочет мира и быть рядом. Но в глазах сына и маленькой девочки я видела алчность и жестокость. А ты… тебя просто выкинули из жизни, желая наказать за смелость и отвагу той женщины, что посмела сопротивляться силе знатной семьи. Я… и сейчас с восхищением вспоминаю Ольгу, ведь сама не смогла идти против могущества Антоновых, а она не только смогла, но и выстояла, победила.
Мне искренне жаль твою мать.
Улыбнулась, чувствуя, как в внутри все сжимается от сильных эмоций. Не передать, как была счастлива, что нахожусь рядом с ней. Неужели я нужна и любима?
Съежилась от холода. Бабушка похлопала по плечу и протянула второй плед, который я подложила ей под спину.
– Теплее одевайся, если любишь здесь сидеть.
– Тут чудесно, – с чувством выдохнула.
– Раньше я так не считала.
