Автор
В тридцати шестых днях своей жизни мне стало известно, что я буду жить еще два часа и семнадцать минут. В эти последние дни жизнь выжимается из меня по капле, пока не останется ни одной свободной клеточки в организме. Страшный сюжет тонет в атмосфере уныния и безысходности, но сердце все равно стремится к чему-то надежному — хоть ненадолго, лишь чтобы перестать мучиться от жуткой боли....
Потом повернулась к Сергею и сказала:
– А теперь я буду умирать на ваших глазах.
Глава 31
Мужчина сразу и не понял, что я сказала.
– Простите?
– Умирать, говорю, буду. Сначала начнутся судороги, онемеют конечности, потом откажут легкие и сердце. Если не ввести противоядие, смерть гарантированна. Кстати, до этого момента осталось… – я посмотрела на часы, – двадцать две минуты.
– Вы сумасшедшая? – испугался Кисляк.
– Нет, просто мне очень нужно противоядие.
– А я тут при чем?
– Мне кажется, вы имеете к этому прямое отношение.
Сергей бросил тоскливый взгляд на окно.
– И не думайте даже, – сказала я.
– Что?
– В окошко сигануть. Третий этаж, дом элитный, потолки высокие, здесь метров пятнадцать, не меньше.
Я видела, что Кисляк о чем-то напряженно размышляет.
– Это тоже не вариант, – заявила я.
– Какой?
– Силой заставить меня открыть дверь. Второго ключа нет.
– Вы что, читаете мои мысли? – кисло отозвался водитель.
Я кивнула.
– Правда, есть один выход. Можно сесть в кресло, спокойно дождаться, пока я умру, а потом вызвать службу спасения.
Мужчина медленно подошел к креслу и сел.
– Вариант хороший, – продолжала я, – вот только одна беда. На труп приедет милиция, у вас попросят документы. Вы паспорт на чье имя предъявлять будете: Станислава Кислицына или Сергея Кисляка?
У мужчины отвисла челюсть:
– Откуда вы знаете?"
"– Я знаю все, – отрезала я.
Сергей сделал то, чего я меньше всего от него ожидала: бухнулся на колени.
– Я его не убивал, – зачастил он, – выслушайте меня, я все расскажу!
Мужчина поднялся с колен, без сил опустился в кресло и начал говорить.
С первого июня Лисовик обещал поднять Сергею зарплату. Он давно кормил водителя «завтраками» и наконец твердо заявил: повышение будет в июне. Утром Кисляк явился в кабинет хозяина, чтобы узнать его планы. По средам Леонид Назарьевич работал дома и обычно отпускал водителя по своим делам. Но в тот день олигарх хмуро бросил:
– Сиди и жди меня в машине, когда понадобишься, позову.
– Кстати, а как насчет повышения оклада? – не к месту ляпнул Сергей.
