Автор
В тридцати шестых днях своей жизни мне стало известно, что я буду жить еще два часа и семнадцать минут. В эти последние дни жизнь выжимается из меня по капле, пока не останется ни одной свободной клеточки в организме. Страшный сюжет тонет в атмосфере уныния и безысходности, но сердце все равно стремится к чему-то надежному — хоть ненадолго, лишь чтобы перестать мучиться от жуткой боли....
Впервую секунду я решила, что разбудила ее, и уже собралась извиняться. Но потом уловила запах, который не оставлял сомнений: дама пьет, и не первые сутки.
– Нина Шмелева?
– Я, – кивнула дама и сильно покачнулась.
Хороший экспромт должен быть хорошо подготовлен. Однако разговор с Русланом выбил меня из колеи, и я забыла придумать мало-мальски правдоподобную версию того, зачем сюда явилась.
– Я пришла к вам… – начала я в надежде, что спасительное решение родится само собой. Однако не родилось. Пришлось говорить прямо в лоб: – Я пришла из-за Сергея Кисляка… Вы ведь с ним знакомы, правда?
Дама издала кряхтение, которое можно было трактовать и как «угу», и как «не-а».
– Вы одна в квартире?
– А ты чё, грабить меня собираешься? – прорезался у дамы голос."
"– Нет, я хочу поговорить. – И неожиданно для самой себя я выпалила: – В общем, я законная жена Сергея!
Глава 17
Я идиотка! А что, если Нина знает, как выглядит супруга Сергея? Но было поздно, слово не воробей – уже вылетело!
– Врешь! – заявила Шмелева.
Уф-ф-ф! Я развела руками:
– Как видите, могу. А кто вам сказал, что я парализована?
Собеседница запахнула халат на груди:
– Кто-кто, конь в пальто! Он и сказал, муженек твой!
– Значит, у вас все-таки роман… – Я постаралась придать голосу подобающее выражение – страдание, смешанное с яростью.
Любовница икнула:
– Не парься! Я его выгнала. Приперся ко мне вчера: «Нинок, я у тебя поживу пару дней, у меня неприятности!» А у меня, можно подумать, от него одни приятности! Надоело, что держит меня за дуру, вот и выгнала.
Шмелева попыталась захлопнуть дверь, но я изо всех сил тянула ручку на себя:
– Подождите, есть разговор!
– Чего еще? Я же сказала: он твой!
Я лихорадочно искала повод остаться и в отчаянии крикнула:
– Сергей меня бросил!
– Правда, что ли?
Меня неприятно резанула радость в ее голосе.
– Правда, – зачастила я, – вчера бросил, собрал свои вещи и ушел. Не знаю даже, что теперь делать.
– Снимать штаны и бегать! – хохотнула Нина. – Ладно, чего на пороге стоять, проходи! Только у меня не убрано.
Последняя фраза свидетельствовала о том, что Шмелева все-таки не алкоголичка. Это подтверждала и обстановка квартиры – следов длительных запоев не наблюдалось.
