Автор
Селина привыкла уступать судьбе, но когда ее новым работодателем становится влиятельный Ситон, все правила исчезают. Начав терять контроль над жизнью и самой собой, она погружается в непредсказуемый мир, где каждый шаг ведет к неизвестности. Вместе с Ситоном Селина вынуждена разбираться в тайных планах верхних эшелонов власти и своих собственных глубочайших желаний....
— Каждую ночь ты снилась мне вот так… — хрипло пробормотал Пирз, прерывая поцелуй. — Таяла в моих объятиях, пылала огнем… стремилась ко мне столь пылко, что все твои любовники непременно умерли бы от зависти…
Это замечание должно было бы остудить ее порыв, но ничего подобного не произошло. Все на свете утратило значение, кроме томительной, безумной жажды, пробужденной его ласками. Селина лихорадочно отвечала на каждое прикосновение его рук, покрывала исступленными поцелуями его плечи и шею, постанывала от восторга, когда широкие ладони легли на ее грудь, обняли… Стыду места не было, нарастающая страсть звала к новым, еще более дерзким ласкам.
Пирз снова разомкнул объятия. Селина поежилась на холодном сквозняке, вгляделась в темноту, смутно различая контур его тела. Что происходит? Пирз просто играл с ней? Но нет… в его поцелуях и объятиях она читала неуемное желание, притворству неподвластное."
"В крохотное оконце просачивался слабый свет, высветив искаженные мукой черты. Жалость и любовь всколыхнулись в душе девушки… Пирза влечет к ней, и он сам себя ненавидит за позорную слабость.
Она потянулась к Пирзу и ощутила под пальцами мускулистое бедро. Пирз напрягся и вздрогнул.
— Боже милосердный, ты знаешь, как я мечтал о твоих прикосновениях? — прерывисто зашептал он ей на ухо.
Затем завладел рукой Селины, прижал узкую ладонь к упругой, пульсирующей мужской плоти, властно и требовательно припал к ее губам, раздвинул их языком.
Тело Пирза содрогалось, жаркие губы скользнули ниже, к груди, и Селина затрепетала, едва язык его пощекотал соски, а зубы осторожно куснули мягкую кожу. Она выгнулась, сладострастно повела бедрами, слушаясь инстинкта, а не разума. Ее неодолимо влекло к Пирзу; прежде она и не думала, что можно желать мужчину столь безудержно.
— Ты сводишь меня с ума! Ты сознаешь это или нет? — вымученно простонал он и снова прильнул к ее губам.
Селина прижалась к нему теснее, упиваясь его натиском, но Пирз ухватил ее за запястье, отвел руку.
— Нет, нет… не сейчас.
