Вечером в середине девяностых. Видневский, среда, 18 мая. Средний город России. Усталый бармен кафе "Фергана" Славик прислушивается к последним клиентам и выдохновляется, прежде чем заняться домашней работой. В этот момент мир кажется особенно тихим и спокойным перед началом новой недели....
Два хлопка – и Рудик взвыл от боли. Его «ПМ» упал на матрац. Пули Александра размозжили бандиту оба предплечья. Теперь Рудик воспользоваться пистолетом не мог. Он орал. От боли и отчаяния, предчувствуя близкую и страшную смерть.
Тимохин, сунув пистолет в карман, за ногу вытащил воющего Рудика на улицу. Бросил у палатки:
– Забить бы тебя до смерти! Медленно, битой! Но я… не такой, как вы, поэтому сдохни без пытки!
Тимохин выстрелил третий раз, в голову Слимову.
После чего привел в сознание подружку покойного Пузыря.
Тимохин приказал:
– В палатку этого, – кивнул на Слимова, – урода, там твоя подруга. Сиди возле нее. Из палатки не выходить – подстрелю! Ясно?
Проститутка закивала:
– Да, да, конечно. Но вы ведь не убьете нас?
– Нет! Пошла в палатку!
Девица скрылась.
Тимохин вытащил из кустов связанную молоденькую потаскушку. Освободил ее от пут и кляпа. Она пришла в себя до появления майора.
Александр подвел ее к палатке:
– Зови подруг! Они внутри!
Дрожа, проститутка крикнула:
– Лиза, Соня! Выходите!
Проститутки выползли из палатки и сбились в кучу.
Тимохин указал на разорванные вещи:
– Одевайтесь! Быстро!
Торопить девиц не следовало. Непонятно, как они разобрались, где и чьи вещи, но оделись быстро. Вскоре сгруппировались ближе к костру.
Тимохин подошел к ним. С восточным акцентом сказал:
– Возле причала лодка. Весел нет, но есть лопата у дома. Берите лопату, гребите в сторону дороги, по которой приехали сюда.
Девицы закивали.
– Тогда проваливайте. Мужчины женщин, даже таких, как вы, не трогают! Пошли, овцы!"
"Проститутки, схватив лопату, запрыгнули в лодку. И весьма быстро для посудины без весел поплыли к южному берегу.
