Вечером в середине девяностых. Видневский, среда, 18 мая. Средний город России. Усталый бармен кафе "Фергана" Славик прислушивается к последним клиентам и выдохновляется, прежде чем заняться домашней работой. В этот момент мир кажется особенно тихим и спокойным перед началом новой недели....
Из школы зашли в магазин, купили приличный запас продуктов. В 16.20 вернулись домой. Их встретила мать Тимохина. Антонина Сергеевна попросила сына пройти в ее комнату. Выложив пакеты и переодевшись, Александр прошел к матери, спросил, улыбаясь:
– Это еще что за тайны Мадридского двора?
– О них я от тебя хотела услышать, сынок. Что случилось?
Тимохин присел в кресло:
– Сейчас что-либо скрывать от тебя уже не имеет смысла. А посему отвечу. На нас, на кафе, наехали бандиты местного криминального авторитета Мирзы. Наехали по-серьезному.
– Что они хотят?
– Чтобы я продал им кафе!
– С какой такой радости?
– Вот и я задал им подобный вопрос. Но ответа не получил. Точнее, представитель Мирзы сказал, что бандит просто желает заполучить наше кафе, и все! Понимаешь, желает! А его желания в городе – закон!
– И ты отказал им?
– Естественно! Но чтобы не подвергать опасности сотрудников заведения, ведь отморозки Левоева способны на все, я решил на время прикрыть кафе.
Мать, стоявшая до сих пор у трельяжа, присела на кровать:
– Считаешь, это снимет проблему?"
"– Не знаю.
– Сколько они предложили тебе за кафе?
– Двадцать пять! Тысяч долларов, естественно, и место на центральном рынке под их «крышей». Но верить таким уродам, как Мирза, нельзя. И уступать нельзя. Иначе они в конце концов просто выбросят нас на улицу, лишив всего. Для них существует один аргумент – сила. Они в большинстве случаев применяют силовой вариант в достижении поставленной цели, но и сами если и спасуют, то только при активном силовом противодействии.
Мать усмехнулась:
– И эта сила ты? Ты один сила?
– Иногда, мама, и один человек может сделать столько, сколько не сделают сотни людей.
– Ты знаешь такого человека?
– Очень даже хорошо!
– У тебя болезненное самомнение, не находишь?
– Возможно, но пасовать перед бандитами не намерен. Думаю, как-нибудь сумею разрулить ситуацию.
– А нас решил запереть дома, чтобы не мешали тебе?
– И чтобы не мешали, и чтобы вам не помешали жить.
– Да? Вот что я отвечу тебе, сынок! Ты своей жене и дочери устанавливай запреты, а я буду жить так, как жила. И не надейся, что стану сидеть взаперти. Это тебе понятно?
Александр поднялся:
– Ну почему ты такая несговорчивая, мама? Ведь я же беспокоюсь за твою безопасность.
– Ты о себе побеспокойся.
