Автор
В 1192 году Англия в плену тьмы и страха. В Клайдонском замке грохот стенобитного орудия рушит стены. Здесь зловещие удары докатывают до самых дальних углов, затмевая все остальные звуки — неразбериху на внутренних укреплениях и мольбы в страхе за жизни из-за стен.
Она спрыгнула с кровати и, прежде чем скрыться за дверью, добавила:"
"— Но вам следовало бы слышать, какие дифирамбы распевал он в вашу честь, когда думал, что я наняла вас на службу. Полагаю, он хотел убедить меня в том, что я не зря трачу свои деньги. Мне доставила истинное наслаждение возможность исправить его. Однако должна признаться, что поначалу я была ужасно с ним неучтива. Не знаю, что нашло на меня. Но вам, наверное, будет интересно узнать, что он такой же толстокожий, как и вы, когда дело доходит до оскорбления.
— Ну конечно, это не по вашей вине, но я-то знаю, какой у вас остренький язычок!
Она улыбнулась про себя, решив, что он только что признал, что этот случай не был исключением из правил. Однако прежде чем сделать окончательное признание, она еще ближе продвинулась к двери.
— Он был все еще совершенный незнакомец для меня, и мне пришлось извиниться за свою неучтивость — вот почему я решила загладить свою вину, пригласив его отобедать с нами.
— Что вы сделали? — взорвался он.
Глава 37
Бросившись опрометью к лестнице, Рейна прикрыла рот ладошкой, чтобы сдержать хохот. Выражение лица Ранульфа было таким комичным: не то удивленное, не то свирепое. Однако она действительно не должна была так поступать с ним. Не стоило и сомневаться, что он был безумно зол на нее за то, что она так его подставила, к тому же уловка ее могла и не сработать. Не стал бы Ранульф разыгрывать из себя рассерженного и недовольного только из-за того, что она сказала ему, что приняла в их доме его отца.
Рейна остановилась возле лестницы, поскольку ей нужно было придумать какое-то оправдание тому, что она появилась без Ранульфа.
Она стояла все там же, нахмурившись и размышляя над этой новой свалившейся на нее задачей, когда кто-то положил ей руку на плечо.
