Автор
В 1192 году Англия в плену тьмы и страха. В Клайдонском замке грохот стенобитного орудия рушит стены. Здесь зловещие удары докатывают до самых дальних углов, затмевая все остальные звуки — неразбериху на внутренних укреплениях и мольбы в страхе за жизни из-за стен.
Тебе было уже девять лет, когда он сказал мне о тебе, и он клялся, что сам только что узнал об этом.
— Ранульф настолько опешил, что просто стоял и смотрел на отца, чувствуя, как все тело его разрывается на части. Мгновенно исчезли и горечь, и досада на него, ибо отец не мог обманывать сына в том, что даже не знал о его существовании в первые годы его жизни. Никогда прежде не думал Ранульф, что отец может просто не подозревать о его существовании. Неужели он все же ничего не знал?! Но дед! Он-то знал о внуке! Однако Ранульф забыл про другие разочарования и долгие годы несправедливости, что постигли его в Монтфорде.
Стараясь ничем не выдать своих чувств, Ранульф сказал:
— Он лгал.
— Он не стал бы! — вскричал Хью.
— Отлично, — вздохнул Ранульф, слишком изможденный, чтобы спорить. — Я лгал.
Следы невероятного душевного страдания отразились на лице Хью, и он тяжело покачал головой.
— Нет. Я знаю, что ты не лжешь.
— Да, а потом последовали те долгие семь лет привыкания, которого вовсе и не было. С того самого дня как я узнал, кто мой отец, я узнал и что такое отец, а также и то, что он не хочет признавать меня.
Хью побледнел, услышав в его словах неприкрытое обвинение.
— Неужели именно так ты и думал?
— А что еще должен был я думать? Я жил на вашей земле, в вашей деревне. Еще прежде чем развилось мое тело, сделавшее меня вашей точной копией, все жители местечка знали о том, что я ваш незаконнорожденный сын."
"Рейна услышала достаточно, даже более чем достаточно. Она вернулась для того, чтобы пригласить их к столу, пока обед не остыл, но вместо этого просто стояла и слушала, уверенная, что они оба были слишком поглощены своим мучительным экскурсом в прошлое, чтобы заметить ее или кого бы то ни было еще.
