Автор
Из тишины и страха, когда смерть кажется единственным путем из безвыходной ситуации, герои находят в любви последнюю защиту и надежду. В каждой главе открывается новая страница их нелегкого пути — от первого взгляда до самой решительной страстной ночи, а эпилог дает шанс на то, что может быть лучше всего, чем они думали возможно....
Племянник ни за что ею не заинтересуется! И пока она растёт – если, конечно, у Варийских, вопреки традиции рода, родится-таки девочка – его наследник успеет десять раз влюбиться в другую девушку! Вот и получается, что условие, как избавить род от проклятья есть. Но вероятность, что всё сложится, стремится даже не к нулю, а к минусу.
Поэтому он кружит вокруг четы Варийских, не зная, как рассказать им о своих открытиях. И робко надеется, что раз у герцогов всё идёт вопреки традициям, то, может быть, они не только от своего проклятья смогут избавиться, но и его род спасут?
Только бы не осели навсегда в Рассветном!
- Ваше величество, к вам герцог де Рейсе, - булькнул переговорник, настроенный на приёмную.
Император вздохнул – никак высшие не угомонятся! Пришло же кому-то в голову усомниться в происхождении этого ребёнка! К сожалению, слухи расползлись, как он ни старался их пресечь. Делать нечего, придётся ему снова идти в Рассветное и уговаривать Варийских. А герцога придётся принять, всё-таки третий по значимости род в Империи! Хотя очень хочется послать подальше – что-то подсказывает, что именно де Рейсе и есть тот камень, от которого пошли круги, то бишь, недоверие к потомству Демьена.
- Пусть войдёт, - ответил он секретарю.
Переговорник чихнул, булькнул и замолчал.
Отметив про себя, что нужно вызвать придворного артефактора и ткнуть ему в нос барахлящую вещь – кто должен следить за исправностью, сам император, что ли? – Его величество перешёл в кабинет для заседаний.
Хотелось что-нибудь сломать или разбить, но сейчас явится де Рейсе, негоже, чтобы он видел монарха в состоянии бешенства.
Величество рывком поправил стол, ногами подвигал стулья, надеясь сбросить пар. Выпустить бы силу, да во дворце нежелательно. Как же невовремя герцог явился! И вряд ли с хорошими новостями…
Пока он разрывается между двумя государствами, насущными проблемами империи и чтением старинных бумаг, придворные совершенно разболтались! Ну ничего, дай Трое, он разберётся с проклятьем и воздушницей, а потом устроит всем разомлевшим и охамевшим поголовную проверку.
Герцог вежливо поскрёбся в дверь и после громогласного императорского «входи!», шагнул внутрь помещения.
- Ваше величество! – отвесил придворный поклон.
- Брось, Виттор, мы одни. Говори, что ещё стряслось?
- Ничего особенного, Ваше величество, - герцог не стал ломаться, сразу выпрямился и принял серьёзный и деловой вид.
