Автор
В залах ада шумит металлический скрип, где тренировки в натуральную величину: огромные железные гантели и тренажеры соседствуют с выжженной на солнце кожей и татуировками. Здесь живут люди, которые перешли черту, но не утратили душевное стремление к вызовам и победе.
В центре зала, на небольшом постаменте из того же ларнайского мрамора, только белого, стояли четыре изящные колонны прозрачного горного хрусталя, поддерживающие вырезанную из цельного золотистого берилла сферу. Исходящее от нее сияние освещало зал, и в его слегка мерцающем свете была отчетливо видна красноватая дымка, извивающаяся между колоннами, – сердце Дегунинского Оракула.
– Хотел бы я увидеть твои сны.
Глухой, чуть шипящий голос исходил от высокой, закутанной в черный плащ с низко надвинутым капюшоном фигуры, медленно вошедшей в зал и остановившейся в нескольких шагах от подиума.
– Поменяемся душами?
Оракул ответил точно таким же голосом. Абсолютно таким же. И красная дымка, сгустившись между колоннами, приняла вид высокой фигуры в черном плаще.
– Это лишнее. – Низко надвинутый капюшон качнулся. – Мне просто интересно.
– Странно, я думал, ты отдал любопытство своей кукле.
– Сантьяга не кукла, – спокойно ответил гость. – Он – это я.
– А я – это он! – Теперь между колоннами стоял высокий черноволосый мужчина в элегантном белом костюме. – И кто из нас ты?
Голос, жесты, свободная поза – хозяин идеально скопировал щеголя из микроавтобуса. Фигура в черном плаще кашлянула. Хотя, возможно, это был легкий смешок.
– Ты по-прежнему забавен, Оракул.
– И по-прежнему голоден. – Между колоннами снова извивалась красноватая дымка. – Ты пришел по делу, князь?
Вместо ответа гость медленно развел в стороны длинные руки.
– Хорошо, – прошептал Оракул, – хорошо.
Фигуру князя окутал плотный черный туман. Он продолжал поднимать руки, и облако, изредка прорезываемое сверкающими черными искрами, начало сгущаться над его головой."
"– Чувствую, вопрос серьезный.
Неопытный наблюдатель мог услышать в этом замечании Оракула разве что издевку, но князь хорошо знал, что скрывается за внешней суровостью и снисходительностью Оракула. Заключенная в артефакт всезнающая и всевидящая душа тосковала в одиночестве и была искренне рада любому посетителю, способному заплатить цену за ее откровения.
Черное облако над его капюшоном приняло форму правильного шара, не уступающего по размеру берилловой сфере Оракула. Князь запрокинул голову, свел руки над головой, и теперь испещренное молниями облако танцевало на кончиках его пальцев. В нем было достаточно энергии, чтобы снести с лица Земли средних размеров город.
