Автор
Синтетический наркотик «стим» не только разрушает человеческие умы, но становится причиной воплощения древнего зла в современном мире. Верный слуга Великого Господина приходит, чтобы возродить семена вековой ненависти. Человечеству вновь предстоит противостояние с силами тьмы, как это было...
Причем настолько бедной, что даже контрабанда алмазов, главная отрасль народного хозяйства, не могла покрыть внешний долг государства. Любимым развлечением населявших страну племен были междоусобные войны, поэтому возможность получить образование в столице далекой империи казалась Жозефу настоящим счастливым билетом. Его зачислили в университет Дружбы народов имени Патриса Лумумбы и попытались погрузить в лоно цивилизации, но безуспешно. Гораздо больше сына генерала интересовали развлечения. К сожалению, очередной военный переворот стер родителя-благодетеля в порошок, и Жозеф оказался у разбитого корыта. Из «лумумбария» его выгнали, возвращаться на родину не хотелось, и юный Скуйссе примкнул к мощному африканскому клану торговцев героином, сформировавшемуся в Москве из бывших студентов, а ныне просто нелегальных иммигрантов.
«Стим» мягко, почти нежно обволакивал сознание. Он всегда был нежен, в отличие от грубого героина или чересчур активного «кокса». «Стим» дарил блаженство, ни с чем не сравнимое блаженство и чудное ощущение власти. Не над людьми – над всем. Это ощущение появилось только в прошлый раз, на третий прием «стима», но Жозеф запомнил его. Ни один наркотик не давал такого реального ощущения собственного могущества.
«Я могу… я могу… – Жозеф напрягся, пытаясь найти применение своей силе. – Я могу сделать лес! Сказочный лес! Прямо здесь! Немедленно!»
И чудной красоты цветок распустился прямо перед его носом.
«Что за идиот здесь веселится? – Рада выскочила из лифта и, стремительно миновав площадку последнего этажа, поднялась на чердак. – Он бы еще «шаровую молнию» запустил!»
Спланировавший с крыши на тротуар оранжевый цветок был простым «миражом», устойчивым сгустком магической энергии. В Тайном Городе это несложное заклинание применялось крайне редко – некого было удивлять. Зато для примитивных человских голов лучшего подтверждения существования магии и представить было нельзя, поэтому «миражи» активно использовались мелкими колдунами: иллюзионистами в цирках и медиумами всех мастей для создания соответствующей атмосферы.
«Но ведь не среди бела дня! Не прямо на улице! Хорошо еще, что я оказалась рядом и успела развеять этот кактус, пока не набежали зеваки!»
Рада почти не сомневалась в источнике произошедшего: человский маг. Пьяный или глупый. Сделал «мираж» на спор, а может быть, бахвалился перед женщиной, да и забыл ввести ограничение на перемещения. А тут попутный ветерок, и фьюить! – цветок улетел.
