Автор
В залах ада шумит металлический скрип, где тренировки в натуральную величину: огромные железные гантели и тренажеры соседствуют с выжженной на солнце кожей и татуировками. Здесь живут люди, которые перешли черту, но не утратили душевное стремление к вызовам и победе.
Ктулху пробил построенные комиссаром серебряные искры и обрушил на него колоссальный удар, заставляя тратить силы на постоянную активизацию самых мощных защитных арканов.
Вероника выпустила «эльфийскую стрелу» одновременно с погонщиком рабов, но за мгновение до того, как из золотых глаз ведьмы вылетела огненная молния, Кортес слегка отклонился. Тем не менее он рухнул и покатился по полу. Девушка была уверена, что ее удар достиг цели, и, позабыв о наемнике, присоединилась к атакам Ктулху. Вот только тело, пронзенное «эльфийской стрелой», должно было отлететь в другую сторону…
Кортес распластался на полу в шаге от погонщика рабов.
– Ты сдохнешь, нав, ты сдохнешь!
Ктулху чувствовал, что комиссар теряет силы. В движениях Сантьяги пропала прежняя элегантность, на лбу выступил пот, а щегольский белый пиджак был порван: нав не успел вовремя среагировать на подключившуюся к схватке Веронику и пропустил одну молнию. Она даже не ранила его, просто скользнула по плечу, но иерархи Кадаф приободрились. А самое главное, непрерывный натиск не позволял комиссару накопить энергию для создания «рева левиафана», который стал бы очень эффективным оружием в тесном коридоре, заставив противника тратить силы только на защиту.
– Не думай, что я тебя отпущу! – взревел Ктулху, бросаясь вперед. – Ты мой!!
Острый шип погонщика рабов вонзился в пол в миллиметре от лица Кортеса.
Вероника уловила движение в последний момент, когда уже ничего нельзя было поправить. Неподвижно лежавший до сих пор мужчина неожиданно сгруппировался, и откуда-то из-под Ктулху послышалось противное завывание.
Черное полотно циркулярной пилы, выполненное из прочнейшего навского сплава, хищно вгрызлось в серую шкуру между ног погонщика рабов, в самой уязвимой точке на его теле.
Ктулху взвыл.
– Что случилось?
Краем глаза ведьма заметила, что Сантьяга прекратил сражение и с любопытством наблюдает за происходящим. Завывание усилилось. Погонщик рабов резко обернулся, и Вероника с ужасом увидела, что его глаза переполнены болью.
– Беги!
– Что?
Пила вонзилась в нежную плоть Ктулху, и по гигантскому телу иерарха Кадаф прошла судорога.
– Бе…
Кортес пробурчал короткое заклинание и хладнокровным щелчком отправил в рану маленький белый шарик. Внутри погонщика рабов разорвалась ледяная бомба.
– Нет! – Вероника сделала шаг назад.
Ноги Ктулху подломились, и Кортес едва успел выкатиться из-под оседающего тела.
