Автор
В залах ада шумит металлический скрип, где тренировки в натуральную величину: огромные железные гантели и тренажеры соседствуют с выжженной на солнце кожей и татуировками. Здесь живут люди, которые перешли черту, но не утратили душевное стремление к вызовам и победе.
Девушка скопировала знак с одной из бронзовых табличек, существенно увеличила его, и качество полученного изображения оказалось невысоким. Тем не менее Железный после почти получасового изучения рисунка и таблички сумел мастерски воспроизвести символ.
– И все-таки, мать, что это за знак? Кельтский?
– Нет.
– Индуистский?
Девушка покачала головой:
– Не угадаешь.
– Ладно, – махнул рукой Железный. – Слушай, я, пожалуй, вплету его в какой-нибудь узор. Уж больно он занятный.
– Не стоит, – негромко ответила Вероника.
– Даже так? – хмыкнул Железный.
– Поверь.
Художник задумчиво посмотрел на девушку: высокая, длинноногая, с тонкой талией и весьма заметной грудью. С такой неплохо покувыркаться, но в голове у нее явно тараканы бегают, да и нос мог бы быть чуточку поменьше.
«Странная девица, – вздохнул про себя Железный. – Странный знак. А уж глаза…»
Больше всего художника удивляли контактные линзы клиентки.
«Надо же додуматься – золотые глаза! Чего она только видит через них?»
– Я могу идти?
– Подожди, еще пара штрихов."
"Железный повернул голову Вероники и поправил лампу.
«В конце концов, какая разница? Золотые линзы, идиотские знаки… Ее проблемы».
Он взял в руки машинку и принялся вносить незначительные коррективы в идеально нанесенный на кожу символ: черную заковыристую печать Великого Господина. Личную подпись Азаг-Тота, повелителя Гипербореи.
– У себя? – В салон вошел невысокий байкер в красной бандане. – Я хочу, чтобы Страус мне вот тута ястреба подправил.
Коротышка продемонстрировал густо украшенную татуировками руку.
– Занят он, – небрежно ответил один из помощников художника. – Хочешь, я подправлю?
– Не, я подожду Страуса, – подумав, решил коротышка.
Он немного шепелявил, отчего имя Страус в его устах звучало как Штраус, но никто из сидящих в салоне не стал подтрунивать над вновь прибывшим. Охота связываться? Маленькие злые глазки коротышки не предполагали покладистого характера, а быстрые движения мускулистого тела выдавали завзятого драчуна.
– Тебя как звать?
– Иголка.
Коротышка вытащил из кармана плоскую фляжку и сделал несколько глотков. По салону распространился запах дешевого виски.
– А Страус…
Дверь в мастерскую художника распахнулась, и через салон величаво прошествовала высокая, абсолютно лысая девица, голову которой украшала свежая татуировка.
