Тогда вспыхнула, словно спичка и с такой же силой вжалась в его тело, больно удерживая за волосы, впиваясь ногтями в кожу шеи, затылка.
– И я не знаю, что ты делаешь со мной, чего добиваешься, но становишься чем-то необходимым. Я себя ненавижу. – Жарко прошептала на ухо. И только после этого закрыла лицо ладонями, не зная, что ещё сказать.
И в этот момент действительно ненавидела и себя, и его. Потому что не понимала. Потому что не знала, что будет дальше, но уже сейчас чувствовала, что он не отпустит. Просто так не отпустит. Выпьет все силы, все эмоции, всю энергию и только тогда выбросит за ненадобностью.
Это был не страх быть рядом с ним, и даже не страх остаться без него. Только с Ильдаром легко было. Легко говорить, смотреть ему в глаза и прав он был, что не нужно притворяться. Только с ним и не нужно. Оттого и фыркнуть может на его замечания, и откровенно нахамить. Может, оттого, что не важно, что он подумает о ней после тех или иных слов, а может, и в чём-то другом. В чём-то большем. В том, что ещё не понятно. И не врала, когда сказала, что необходим. Потому что притворство, к которому так привыкла, забирало много сил и терпения. С Ильдаром эти силы можно было оставить при себе. Он использует её, а она его. Всё честно, ведь так? Только не получается так просто. Что-то не сходится.
Он часто говорил о жизни, о её законах, при этом внимательно наблюдал, как Лора впитывает в себя эту информацию и вкладывал в неё ещё больше энергии. Открыто высказывал своё мнение о событиях, даже о просмотренном накануне фильме, желая услышать такое же откровение в ответ. И ему было это важно. Было интересно. А ещё Ильдар изучал. Изучал и понимал намного больше, чем мог и хотел понять её собственный муж. Этим и подкупал. Знал, что Лора любит спрятать под одеяло ноги, но не терпит, когда что-то сжимает в груди: никогда не укрывал, но частенько натягивал на ледяные ступни вязанные носки. Между делом, глянув даже мельком, определял, что болит голова, при этом не гнушался сделать успокаивающий массаж, который снимал эту боль. Он вообще казался самым простым и понятным человеком на свете, если бы не одно «но»: простым не был.
Домой вернулись к вечеру следующего дня. Ильдар всё больше молчал и внимательно поглядывал на неё, бросая долгие задумчивые взгляды. Часто хмурился, когда ловил такой же интерес со стороны Марата, но старался своё недовольство ничем не выказывать.
– Мне не нравится, как он на тебя смотрит. – Услышала Лора за спиной, когда принимала душ. Расслабилась, задумалась о своём, потому и не услышала, что уже не одна.
Резко дёрнувшись, едва не упала, скользкой рукой выключила воду и прикрылась висящим рядом полотенцем, стерпела ироничный смешок, который ни на минуту не заставил поверить в хорошее настроение Ильдара.