Эти эпизоды яркой вспышкой отпечатались в сознании, хотя видела она только маленького белобрысого сынишку, выдавая сквозь слёзы редкую горькую улыбку. Сжимала кулаки, вытягивала шею, пытаясь уловить его движения, когда обзору мешал ненавистный в данную минуту куст сирени. Кто придумал эти дурацкие цветы?! Красиво всего три недели, а непроходимые заросли стоят до глубокой осени… Дыхание участилось, она посмотрела на Ильдара и медленно взялась за ручку автомобиля.
– Я только посмотрю. Я не убегу. – Просипела, не обращая внимания на голос, но мужчина лишь холодно улыбнулся. – Пожалуйста!
– Я похож на идиота? – Выдержал паузу. – Нет, правда? – Сел в пол-оборота, изображая на лице изумление. Неожиданно кивнул, предлагая обернуться и, проследовав за его взглядом, Лора застыла с приоткрытым ртом.
Мальчик стоял у самой ограды, придерживая холодные металлические прутья крохотными пальчиками. Криво сползший на левой ножке тёмный носок, нелепые шорты… Лора сдержала стон: на улице ветер, а он в тонкой рубашечке… совсем замёрз и ведь никому нет дела. Рустам стоял и смотрел прямо на них. Не мог видеть, не мог знать, но ведь мог чувствовать. Ведь мог! И чувствовал!
Лора провела дрожащей ладошкой по стеклу и сорвалась. Резко дёрнула за ручку. Раз, другой… Блокировка!
– Открой дверь. – Пробормотала, не отрывая взгляда от сына. – Открой дверь! – Дёргала ручку, пытаясь открыть. Странный шум уже путал мысли. – Открой эту чёртову дверь! – Взревела, продолжая с бешеной силой колотить по стеклу, пластику – машина тронулась с места.
– Ильдар! – Прокричала на грани возможности, припадая к стеклу, глядя как сын уверенно бежит следом за автомобилем, ещё чуть-чуть и его не будет видно. Ещё чуть-чуть и её сердце просто разорвётся. – Ну, ты ведь не зверь! Ты ведь человек! Ты не можешь так со мной! – Жалко скулила, прижимаясь к раскалённому стеклу.
Резко развернулась и принялась колотить по приборной панели, по его плечам, по лицу, не разбирая и не прицеливаясь. Дёргала руль, пытаясь свернуть с дороги, пусть сорваться в кювет, пусть разбиться, но быть рядом. Быть так близко и знать, что единственный родной человечек жив, здоров, единственный, кто ей дорог, единственный… Сознание вернулось, когда сил не осталось даже на то, чтобы ровно сидеть на своём месте – Лора так и висела на мужском плече. Медленный взгляд сантиметр за сантиметром изучал черты его лица. Сейчас совсем мягкие, плавные, красивые.
– Доволен? – Прохрипела, истрачивая на эти неприятные звуки последние силы. – Это хотел увидеть? Это показать?
– Выйди, подыши! – Ильдар повернул голову в её сторону, но взгляд не ловил, знал, что сейчас там, внутри, никого нет. Всё живое осталось рядом с сыном.