– Показать хотел, что я теряю, да? Вот он, твой выбор? – Проигнорировала его слова. – А я всё равно не буду убивать. Понял ты… нет? – Посмотрела на него устало. – Я не буду убивать! – Сорвала горло от нечеловеческого крика. – Потому что я не такая бездушная скотина как ты! Пото…
От несильного толчка отлетела к своей двери и закрыла лицо ладонями.
– Хоть каждый день привози, а я не сделаю того, что хочешь, понял? – Выговорила твёрдо и с львиной долей ненависти в словах.
– Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет… – Вкрадчиво, начал Ильдар, вызывая новую бурю паники внутри. – Ты не поняла. – Склонился к самому её лицу и дождался осмысленного взгляда. – Кнопочку нажми. – Кивнул в сторону бардачка и Лора, как под гипнозом, протянула руку, даже не глядя в ту сторону. – Два конверта. Оба тебе. – Выдохнул в её лицо и отстранился, но продолжал сидеть в пол-оборота.
А Лора разглядывала два практически одинаковых белых конверта с той лишь только разницей, что подписаны они были цифрами «1» и «2». Конверт под первым номером был надорван, когда голос Ильдара обрёл вибрирующую громкость.
– Ты смотри, смотри, и вспоминай. Всё вспоминай, каждое слово, которое ты сегодня озвучила в моей характеристике. – Подначивал и практически убивал этими словами ставшую бледной, как простыня, Лору. – Вспоминай и думай, что я, со своей больной, извращённой фантазией, могу предпринять уже этим вечером. Это твой выбор, Лора. – Закончил короткую речь словами, которые обладали ударной волной и отвернулся в сторону дороги.
А Лора с механическим усердием одну за одной перебирала глянцевые фотографии сына с Ильдаром в обнимку. Мужчина показывал мальчику в какую сторону нужно махать ручкой и улыбаться, а тот крепко сжимал в руках новенький самокат. Её сын. Её сын, который панически боялся посторонних людей, особенно мужчин. А на заднем фоне можно было разглядеть пейзаж клумбы того самого детского сада, от которого они только что отъехали и обтянутые в тёмные чулки ноги воспитательницы.
Всё по тому же механизму, руки потянулись за вторым конвертом и пальцы ловко извлекли из него обычный белый лист бумаги всего с тремя символами по центру: «Да?».
– Да! – Ответила так громко, как только могла. И не было в этом голосе ни раздумий, ни сомнений.
– Ну, вот и умничка. Поверь, ты сделала правильный выбор. В этой жизни нет ничего дороже близких людей. И смысла в жизни другого нет. – Проговорил он осторожно и завёл мотор, плавно трогаясь с места.
Уже в доме сопроводил до комнаты, мазнул губами по скуле, а когда Лора попыталась отстраниться, прижался ими к виску.
– Поверь, я никогда не сделаю что-то тебе во вред. – Произнёс зачем-то, и смотрел вслед до того момента, пока Лора с головой не спряталась под одеялом.
Он за неё боялся.