Слёзы подступили к глазам, а горький ком к горлу, когда медсестра, до этого наблюдавшая со стороны, подошла и скрыла уродство, накинув на них казённую пелёнку в красивый жёлтый цветочек.
– Спасибо. – Прошептала Лора, но вздох, как ни старалась, получился судорожный, правда, слёзы не покатились, а согласились временно отступить.
И отступали действительно временно, потому как время шло, а атмосфера в кабинете накалялась. Директриса уже принялась ходить из угла в угол, когда не выдержала и метнулась к столу медсестры.
– Послушайте, нам ещё возвращаться, – уверенно проговорила она, отчего сердце девочки забилось сильнее и неконтролируемо, – неужели никто кроме вашего… как его?
– Адашева. – Со скрываемой усмешкой подсказала медсестра, на что директриса поджала губы, но промолчала.
– Да, да, кроме Адашева. Неужели никто не может решить этот вопрос?
– Судя по тем документам, что вы предоставили, нет. Больше никто.
– Так, а главврач? Главврач ещё на месте?
– На месте, но он вам тоже не поможет.
Медсестра опустила глаза в бумаги и снова улыбнулась.
– Увидите доктора Адашева – поймёте.
На этом истерический приступ закончился, и она уселась, но не прошло и пятнадцати минут, как подскочила вновь.
– Да чего мы, в конце-то концов, ждём?! – Вскрикнула и присела, когда дверь, громко ударяясь об отбойник, отворилась.
– Вы ждёте, пока закончится операция. – Прорычал мужчина, который буквально ворвался в помещение, схватил со стола привезённые бумаги, окинул их быстрым взглядом и недовольно промычал что-то невнятное в свою операционную маску.
– Я же сказал, Соколовскую в палату. Маша, что из этих слов тебе не понятно?!
Внятно и доходчиво пробасил он, возвышаясь над медсестрой, выделяя каждое слово в отдельное предложение. Раздражённо хлопнул бумагами по столу и грозно зыркнул, не боясь испепелить её взглядом.
– Но вы же ещё не смотрели и…
– Тебя волнует, смотрел я или не смотрел? Думать здесь не нужно вообще, нужно выполнять!
– Тут не всё ещё. – Кивнула в сторону директрисы медсестра и врач этот взгляд понял без слов. Резко развернулся. Ну, а уж та только и ждала, когда же ей дадут высказаться.
– Адашев. – Представился с вызовом и наверно навсегда внушил Лоре, как должен выглядеть мужчина. Мужчина-защитник. Мужчина-глава семьи.
Он уверенно расправил плечи, размял затёкшую, как видимо, во время операции, шею, и только тогда полностью одарил директрису вниманием.
