И это самым странным образом пугало. Нормальное человеческое отношение пугало меня до вздымающихся на предплечьях волосках.
— Нет, это потому, что ты заслужила их уважение, — склонив ко мне голову, прошептал в ухо Кэй. — Ребята из группы зачистки рассказали о твоих подвигах во время боя с «братьями».
— Но я ведь ничего не сделала, — опешила я и даже оглянулась на шедших за нами оперативников.
— Это ты так думаешь, — проговорил Вэл. — Теперь ты герой недели. Смирись.
Руби и Тио широко улыбнулись. Видимо, это была какая-то негласная награда, которая считалась престижной. Но вместо положенной радости я ощутила лишь напряжение. Для меня было привычным презрение, от которого я научилась прятаться за стальной бронёй отчуждённости. А вот такого рода приятие, что сейчас выказывали мне сотрудники убойного отдела — оно раздражало. Я не знала, как на него реагировать.
Моё настроение отчётливо уловил Кэй.
Он говорил, чуть повернув ко мне голову, но был так близко, что его дыхание касалось моих волос. Вызывало спонтанный марш мурашек вдоль позвоночника и отключение критического мышления.
Рядом с Войнотом я катастрофически глупела, но и оторваться от него не находила сил. Да и сам Кэй не спешил отстраняться. Уверенно, не разъединяя наши ладони, вёл меня по коридору. Хорошо, что хоть талию отпустил, иначе никакой геройский титул не спас бы меня от гнусных сплетен.
— Так что случилось? — задала мучивший всех вопрос Руби. — Что за скандал?
Мы разместились в уже знакомой брифинговой и теперь смотрели на Войнота, сидевшего во главе стола. Тот выложил из портфеля продолговатый ящик, укреплённый пластинами лекора. Отщёлкнув крышку, он явил нам десяток мнемокристаллов, что мы добыли в «Мягкой лапке».
— Утром со мной связалась Присцилла и огорошила новостью, что все наши жертвы кремированы. — Кэй уселся в кресло и с задумчивым видом принялся рассматривать маркировки на записях. — Мало того что бедная Прис чуть на выговор не нарвалась, пытаясь их отстоять, так ещё и все данные по телам были переданы в закрытый отдел архива. Туда же, где хранятся данные картотек одной из жертв.
— Опять Алекс? — Я не стала ходить вокруг да около.
Этот урод всё больше и больше влезал в наше дело и откровенно гадил.
— Именно, — проговорил Кэй, скрипнув зубами. — Он либо намеренно саботирует расследование, либо пытается дискредитировать меня.
— Не тебя, — подал голос Вэл. — Нас. Мы же команда. И мой допрос тоже ему на руку: они старательно копали под все наши дела.
— Вэл, дружище, — устало улыбнулся Войнот, — мне приятно, что ты готов принять на себя удар, но с Алексом у нас давние счёты. И вам просто прилетает, как небезразличным мне людям.
Я слушала их разговор, а для себя отмечала, что надо бы узнать, в чём соль их ссоры.