Пускай всё идёт своим чередом. Не буду бросаться в бездну неизведанного, чтобы потом не оказаться выброшенной на острове одиночества с разбитым сердцем.
— Мы подлетаем, — тем временем проговорил Кэй и, отпустив мою ладонь, принялся набирать какие-то команды на панели маголёта. — Видела когда-нибудь Обитель Родов?
— Пф-ф-ф, — снисходительно выдохнула я и сложила руки под грудью. — Чего я там забыла? Тем более доступ в ваш клуб по зазнайским интересам — только при наличии соответствующей крови.
— Ещё скажи, что на входе проверяют уровень снобизма и заносчивости, — подыграл мне Кэй, довольно усмехнувшись.
— Именно! — Я подняла палец. — Вот видишь, ты и сам уже понимаешь, какое вы пропащее сословие.
— У нас есть шанс взорвать это болото. — Войнот бросил на меня взгляд, в котором плескалось бесшабашное веселье.
— Ты точно высокородный? — прищурившись, поинтересовалась я. — Может, тебя подменили в детстве?
— Стопроцентный. Просто одна белая ворона взяла да пометила меня. И теперь эти пятна расползаются по моей душе. И почему-то мне не хочется от них отмываться.
Я пристально взглянула в глаза Кэя. При всей шутливости нашей беседы эта фраза звучала как-то неоднозначно. Непонятно: он опять меня подначивал или говорил искренне? А сумрак, царивший в салоне маголёта, не прояснял ситуации. По лицу Кэя бродили тени, превращая его черты в совершенно неузнаваемые. Войнот — та ещё шкатулочка секретов, и мне ещё предстояло разгадать их все.
— Подарю тебе пятновыводитель, — буркнула я и уставилась в окно.
Раздавшийся со стороны пилота смех запустил микроскопические разряды тока по моей коже. Я реагировала на него так каждый чёртов раз! Это уже даже не смешно — это дико!
Передёрнув плечами, я сконцентрировалась на виде внизу. Мы действительно приблизились к Обители — огромному шарообразному зданию, будто бы сплетённому из тысяч деревьев и лоз. Обычно оно пустовало и по ночам выглядело застывшим в камне шаром или, как его называли среди простородных, трофеем жука-навозника. Уже по одной этой характеристике можно было понять, как относилось остальное население к высокородным, что относили себя чуть ли не в отдельный вид.
Сейчас же Обитель полыхала всполохами всех цветов радуги. Сквозь щели между сплетёнными узлами пробивался яркий свет, а само здание окружал еле заметный мерцающий контур — защитный купол, что пропускал только своих или тех, кому досталось приглашение на званый ужин.
