Вернись он сейчас домой, я сама выбегу к нему навстречу. Только бы он был со мной. Здесь. Рядом. Потому что сейчас все мои мысли о том, что он уехал не просто так, а чтобы трахнуть кого-то. Он же был возбужден. Я это видела. Я бы все отдала, чтобы он трахнул меня. Трахнул так, как хочется ему. Но он не захотел этого. Сбежал.
Как понять его? Это выше моих сил.
Иду в душ и, стоя под теплыми каплями, смываю с себя сегодняшний день. Я уже не плачу. Слез нет. Только раны где-то там, в груди. Раны и обида.
Ложусь в кровать и мгновенно засыпаю. Просто проваливаюсь в темноту. И для меня сейчас это лучший выход. Чтобы не думать. Не копаться в себе. И не обвинять Рустама.
Просыпаюсь, когда в окно уже светит солнце. Сколько сейчас? Смотрю на часы — двенадцать. Ничего себе! Я так долго спала. Но совсем не отдохнула. Чувствую себя ужасно. Тело ломит. Голова гудит. Смотрю на запястья — на них следы. От ленты.
Они как живое напоминание вчерашнего кошмара.
Вдруг слышу хлопанье двери. Неужели Рустам пришел?
Переодеваюсь в первые попавшиеся джинсы и майку с длинным рукавом, чтобы хоть как-то скрыть следы вчерашней ночи, и выхожу в коридор. Смотрю вниз. Там действительно стоит Рустам. Он поднимает на меня взгляд. Мы смотрим друг на друга, не произнося ни слова.
— Ты одета? — вдруг спрашивает он.
— Спускайся тогда, — говорит Рустам. — Поехали.
Без лишних вопросов бегу вниз по лестнице. Мы выходим из дома и садимся в машину Рустама.
Молча выезжаем за ворота. Меня распирает от любопытства и я не выдерживаю.
— Куда мы едем, Рустам? — спрашиваю, поворачиваясь к нему.
— Как я сказал меня называть? — цедит он сквозь зубы.
Сжимаю губы. Что он хочет от меня? Я не понимаю.
В машине опять повисает тишина. И никто из нас не решается нарушить ее. Мы так и приезжаем в полной тишине к дому Марии Эдуардовны.
— Зачем мы здесь? — хмурюсь я и смотрю на Рустама.
Он не отвечает. Молча выходит из машины, открывает мою дверь и подает мне руку.
Я выхожу и мы оказываемся близко друг к другу. Слишком близко. Рустам пристально смотрит мне в глаза. Пальцы сильнее сжимают мою ладонь.
Потом резко отпускает ее, отворачивается и уходит.
— Проведешь выходные здесь. С родственниками, — говорит он, звоня в дверь.
— Но я… Я… Все выходные? А ты? — бегу за ним.
— А у меня, Анастасия, есть личная жизнь, — говорит он, не глядя на меня. — Заходи.
Мария Эдуардовна открывает дверь и с улыбкой встречает нас.
— Здравствуйте. Настя, как поживаешь? Ну, проходи.
Несмело переступаю порог.
