Несколько секунд она изумленно рассматривала неожиданного гостя, а затем жалобно протянула:
— Антон. — Как можно спокойнее пожала Анастасия плечами и продолжила пить чай.
— Добрый вечер. — Галантно привстал Антон и приветливо улыбнулся. — Очень приятно с Вами познакомиться.
— Очень хорошо, но что Антон делает в моей квартире? — игнорируя добродушное приветствие, бабушка уставилась на внучку.
— Мы заехали взять кое-какие вещи. — Снова сыграла в безразличие та. — Но ты не волнуйся, мы скоро уедем. Вот только чай допьем.
— Что значит, уедем? — прошипела бабуля, подсознательно чувствуя ответ на свой вопрос. Она не могла поверить, что внучка, на которую было потрачено больше двадцати лет жизни, завела роман с совершенно незнакомым мужчиной. И это в тот момент, когда в мыслях она уже породнилась с семьей Петра! Этот мгновенный удар был страшнее, чем смерть старой подруги. Как Настя могла так отплатить ей за годы заботы?
Впервые в жизни бабуле стало плохо с сердцем. Это было написано на ее мертвенно-бледном лице, и Настя не на шутку перепугалась.
— Антон, что делать? — испуганно подскочила она со своего места.
— У вас есть аптечка?
— Нет, бабушка никогда не принимала лекарств.
— Я сбегаю в аптеку, здесь не далеко, в соседнем доме на первом этаже! — поднялся Антон и тут же выбежал из квартиры.
Настя со страхом хлопотала вокруг бабули, задавая ей вопросы о самочувствии. Но та, словно онемела. Сраженная предательством со стороны внучки, она даже не могла говорить.
К счастью, Антон быстро вернулся. В небольшом пакетике с рекламой аптечных сетей он принес валидол, валосердин, глицин, персен, и даже капсулы линекса.
— Антон, но зачем ты купил линекс? — удивленно спросила Настя, уже не обращая внимания на застывшую бабушку. — Он же от дисбактериоза!
— Так мне в аптеке сказали, что линекс просто необходим при ступоре. — Наливая в стакан воду, оправдывался Антон, но в его глазах горел еле заметный озорной огонек, и было понятно, что линекс ему предложили совсем не от ступора, а от другого очень близкого по звучанию слова.
Капли валосердина бабуля с жадностью выпила, и после этого задышала свободнее.
— Антон, — зашептала Анастасия, до смерти перепуганная бабушкиным приступом, — я, наверное, останусь здесь на ночь. Я просто не могу ее бросить одну.
— Настя! — расстроено запротестовал Антон. — Я не хочу оставлять тебя наедине с бабушкой!
— Если все уладится, я завтра сама к тебе приду. — Продолжала шептать Настя, понимая, что очень огорчает своего мужчину. — Ну, пожалуйста…
— Хорошо. — Сник он. — Я постараюсь принять твое решение. Но знай, мне будет сегодня очень одиноко.
— Я знаю, знаю… — идя следом за ним в прихожую, шептала Настя.