Сам факт того, что скромная девушка-блондинка с большущим чёрным котом пришли выпить по чашечке капучино в книжный магазин, ни у кого особого интереса не вызвал, в конце концов, это же Санкт-Петербург, а не Москва. Это в столице кота Бегемота гнали прочь из трамвая, хотя он пытался честно оплатить поездку! А вот у нас ему бы ещё сделали скидку как домашнему животному, а то и вовсе могли бы пропустить бесплатно, всё-таки культурный город, и к котам здесь особенное отношение.
– Куда мы так спешим?
Нонна семенила рядом в рискованно коротком (аж на целую ладонь выше колена) клетчатом платье с рукавами до локтя и с отложным воротничком. Если так пойдёт и дальше, она у нас через месяц стринги носить будет. Эмансипе, блинберри! Уменьшившийся до размеров шаловливого котёнка из «Алисы в Зазеркалье», мой котодемон уютно устроился у меня за пазухой, под пиджаком. Его острые коготки, словно иголки, покалывали мне грудь.
– Ох, простите, это рядом, я покажу.
Идти было относительно недалеко, через Аничков мост и по правой стороне Невского в направлении к площади Восстания, вплоть до заветного подвальчика, где и располагался тот самый испанский ресторан. Но, как я уже заметил, недалеко это относительно, в том плане, что у меня ещё сильнее разболелось колено и ушибленные рёбра давали-таки о себе знать.
– А-а, это там, где я пела?
– Точно. Сегодня мы там ещё и спляшем.
Две короткие драки в закрытом помещении на адреналине прошли как по маслу, я даже не ойкнул ни разу. А вот теперь вдруг все, даже самые мелкие, царапинки, которые мне достались в результате падения из такси на полном ходу, решили напомнить о себе в единодушном порыве. Это было больно, это было обидно и, самое главное, как всегда, не вовремя.
В ответ он издал утробный рык доисторического саблезубого тигра, подтверждая, что если вся наша голодная стая без предупреждения нападёт на стадо испанских та́пас, то спасения не будет никому. Безбашенное веселье нарастало до такой опасной степени, что я реально ощущал себя командиром летучего партизанского отряда, твёрдо вознамерившегося навешать звездюлей зарвавшимся шаромыжникам Наполеона Буонапартия…
Сабли, водки и коня гусарского у меня не было, но зато куража хоть отбавляй!
На входе нас встречала мягкая гитарная музыка, ароматы паэльи с креветками, сухого терпкого вина и неуловимого ощущения недавно сделанного ремонта.